Страсти у озера

Цитата из опубликованной в 1905 году статьи «Народный парк в Уфе»: «Возник парк при следующих обстоятельствах: обозрев площадь, занимаемую в то время народными гуляниями в гор. Уфе, на месте прежнего военного лагеря [ныне там улица Лагерная, точнее то, что от неё осталось], полицмейстер Г.Г. Бухартовский признал более подходящим устраивать гуляния на площади, расположенной между садом Иоанно-Предтеченской церкви [т.е. Ивановским кладбищем] и Солдатским озером».

По задумке Бухартовского, в новый парк Попечительства о народной трезвости должно было войти и озеро, «которое, по очистке его, также обещает принести немало удовольствия и пользы местному населению». Но Городская дума решила отдать землю между новым парком и озером под застройку, а само «водовместилище» использовать как пожарный водоём.

В мае 1918 года парк стал носить имя Ивана Якутова, первого председателя Уфимского городского совета. В 1932-м Солдатское озеро расчистили, ещё через четыре года его решили передать парку. А в 1936-м у озера выросло здание клуба ПРВЗ – Паровозовагоноремонтного завода (на фото В. Шахова оно слева).

В 1941–1943 годах в здании клуба располагался сортировочный эвакуационный госпиталь № 3127. Здесь раненых распределяли по другим госпиталям либо лечили, если дальнейшая перевозка была опасна. А вот теперь о самом важном. Возможно, вам уже приходилось слышать от «знатоков», что ампутированные конечности сбрасывали прямо в воду озера. И все эти «точные данные» обязательно подкрепляются ссылкой на очевидцев, которые, надо думать, находились на берегу днём и ночью.

Вообще-то это чистый поклёп на медиков, ведь если бы такие действия на самом деле и производились, то либо полнейшими идиотами, либо вражескими диверсантами с целью распространения эпидемий, недаром статья 589 Уголовного кодекса РСФСР гласила: «Разрушение или повреждение… взрывом, поджогом или другими способами… водопровода, общественных складов и иных сооружений или государственного или общественного имущества» [например, сбрасывание биоматериала в общественный водоём?] влекли за собой обычно «высшую меру социальной защиты».

Да, жители домов, стоящих неподалёку от озера, не раз видели на берегу его человеческие кости, даже черепа. Они частенько появлялись здесь в период разорения в 50-х (да и раньше) Ивановского кладбища – то мальчишки притащат, то собаки.

Кстати, в 1970-е озеро чистили, костей на дне не нашли, но почему-то об этом «очевидцы» вспоминать не любят. Пока не любят – видимо, слишком уж много «неправильных» свидетелей.

И ещё: вряд ли кто-то судачил об ампутированных конечностях в озере в годы войны: п. 10 всё той же статьи 58 применялся и в случае агитации с целью подрыва Советской власти.

Анатолий Чечуха