Новости Башкортостана и Уфы
70.12
-0.4
76.22
-0.08
82.36
-0.48
-11 °C
Облачно
Коронавирус
Все новости
Культура
29 Ноября 2022, 10:31

Минигали Давлетбаев: Музыка – это для меня вся жизнь

Герой нашей постоянной рубрики «Земляки» – саксофонист, композитор, аранжировщик Минигали Давлетбаев.

Лейла Аралбаева
Фото:Лейла Аралбаева

В конце 90-х – начале 2000-х Минигали Давлетбаев был популярным на башкирской эстраде исполнителем, чьи песни часто звучали по радио и телевидению. Маленький, шустрый, веселый, с неизменным саксофоном в руках и звонким голосом, он выбегал на сцену и зажигал весь зал. Но вскоре судьба музыканта круто поменялась: артиста в свою группу пригласил известный российский певец Григорий Лепс. В его команде башкирский музыкант проработал 14 лет. На днях Минигали приехал в родную Уфу для участия в шоу-проекте «Дискотека 90-х».

- Минигали, про вас в интернете очень мало информации, видно, что вы очень скромный человек. Откуда вы родом, есть ли у вас музыкальные корни?

- Я деревенский, родом из деревни Шакарово Стерлибашевского района. У меня родители, хоть и из рабочих профессий, сами были музыкантами-любителями: покойный отец Шакирьян был баянистом, мама Галия поёт. Башкиры – нация творческая, поющая, танцующая, земля у нас такая плодородная, что рождаются такие таланты. И вот, глядя на них, я тоже заинтересовался музыкой.

Дома у нас было три баяна, с них и началось мое знакомство с музыкой. Баян – инструмент тяжелый, а я был еще маленький. Но во время одного из домашних праздников я взял баян и начал играть плясовые. Баян был больше меня, из-за него меня и видно-то не было, одни глазёнки сверкают. Взрослые ахнули: «Откуда ты умеешь играть?» А я, пока они были на работе, подбирал мелодии. Сестра Халида училась в музыкальной школе по баяну, она меня немного учила.

- Музыкальная школа была в деревне Шакарово? Вы тоже там учились?

- Нет, мы тогда уже переехали в город Салават, и в первый класс я пошел в городе. Но в музыкальной школе не учился, я русский язык плохо знал. И в садик не ходил, всё за маму цеплялся: «Әней, һинең менән ҡалам...» («Мама, я с тобой останусь…»).

Как-то к нам в класс пришел руководитель духового оркестра и спросил:

- Кто хочет музыкой заниматься?

Я сразу решил идти. Все быстро разобрали инструменты – кларнет, трубу, а мне достался барабан. В итоге я на всех инструментах перепробовал – на трубе, баритоне, теноре запросто играл и постепенно пришел к кларнету. Зато могу сказать, что владею всеми духовыми инструментами.

- Слышала, что многие музыканты сначала осваивают другие инструменты, только потом переходят на саксофон, который полегче.

- Если не заниматься, и саксофон будет трудным, надо постоянно заниматься. Прежде чем играть на саксофоне (он же одноголосный, не берет аккорды), надо обязательно на фортепиано, баяне или гитаре играть, чтобы гармонию слышать. Если не будешь слышать гармонию, не получится из тебя музыканта.

В музыкальном училище в Салавате я учился на кларнете, педагогом у меня был Владимир Ильич Старокожев, потом у меня был педагог по саксофону Александр Сергеевич Матвеев. Старокожев был ярый противник саксофона, он говорил, что саксофон портит аппарат кларнетиста. Он постоянно нас учеников ругал, запрещал заниматься эстрадой, хотел, чтобы мы были классиками. Но как же без эстрады... И дальше пошло-поехало, кларнет и саксофон – родственные инструменты. Хорошее училище: сильные учителя, сильные ученики были, было на кого равняться.

- Город Салават вообще уникальный: славился и преступностью, и творческими людьми, идеями... А как вы перебрались в Уфу?

- Когда в Салавате работал в ресторане, мы туда ходили как на войну. Это же в 90-е годы был криминальный город, там зона. И мы не знали, придем живыми или нет, часто бывали разборки.

В 1990-е годы я получил Гран-при на республиканском конкурсе в Салавате. Меня наградили поездкой в Китай и 1000 рублями, хорошие деньги по тем временам. В 1991 году я завоевал первое место и меня без экзаменов взяли в институт искусств на композиторское отделение к Загиру Исмагилову. Начал учиться, но продолжить не смог. Надо было семью кормить, которая осталась в Салавате, у нас уже было двое детей. И я хотел писать эстрадную музыку, а там надо было академическую по шаблону.

Еще в Уфу меня приглашал Ринат Баимов, я ему аранжировки делал. Очень помогала Наиля Байкова, она тогда была заместителем начальника отдела культуры в Салавате.

- Я помню, что в 90-е годы вы много выступали на башкирской эстраде, играли в легендарной группе «Каравансарай», а потом куда-то пропали.

- Около трех лет я работал в филармонии в группе «Каравансарай». А в 1999 году меня взял к себе Салават Фатхетдинов. Однажды мы с караванщиками приехали в Казань, сидим в кафе. Ко мне подходит какой-то человек и говорит:

- Минька! (меня обычно так называют) Я тебя хочу пригласить к себе в группу!

- А кто ты такой? – говорю. Раньше я играл американскую музыку, башкирских и татарских артистов не знал.

- Я – Салават! – говорит. – Пою песни.

- А какую ты популярную песню поешь, чтобы я мог тебя узнать?

Тут всё кафе в шоке: как, ты не знаешь Салавата, ты что?! А он мне:

- Я «Туган кон» пою.

- А, это ты, что ли, в клипе едешь на машине? Хорошая песня и клип, - говорю.

- В общем, я тебя приглашаю к себе! Подумай. Квартиру в Набережных Челнах даю, машину-«десятку» даю, - говорит.

И тут мне все уфимские ребята говорят: конечно, иди. А я вообще тяжело уезжаю с нажитого места – в то время жил в Уфе в общаге на бульваре Молодежи, 8. Но мне все сказали: давай, вали!

- Бульвар Молодежи, 8 – это же легендарный адрес, там столько творческих людей жили. А как же вы попали в команду Григория Лепса?

- Шесть лет я проработал у Салавата в Набережных Челнах, потом в Казани, получил звание заслуженного артиста Татарстана. А потом меня Лепс пригласил. С ним мы были знакомы давно. После армии я в ресторане играл в Сочи в 1986 году, там мы пересеклись с ним. Он меня тогда еще зауважал и приглашал к себе в группу. А в 2006 году он меня снова пригласил. Я в Москве как раз был заездом. Тогда таких, как сейчас, сотовых телефонов еще не было, кнопочные только. Вот он кричит мне по телефону: «Минька!». А у меня телефон трещит, время капает, роуминг. Я говорю:

- Кто это?

- Узнавай! Это Гриша звонит.

- Какой Гриша?

- Что у тебя, Гриш, что ли, много? Лепс тебе звонит! Я слышал, что ты в Москве. Давно тебя ищу.

Он меня встретил, поляну накрыл. Первое соло я ему написал для песни «Разные люди». Он мне дает деньги, а я ему: «Не надо, не надо!», хотя у самого и нет. Но мы же, башкиры, – скромные. Меня папка еще учил: «Никогда ни у кого ничего не проси, скажи, что у тебя всё есть, даже если ничего нет».

За годы работы у Лепса написал много инструментальных соло для его песен. Каждое соло утверждалось у него. Если ему нравилось, он говорил: запиши нотами и не меняй, каждый раз играй одинаково.

Трудно попасть к звезде. Но если ты попал, то уже хорошо зарабатываешь, есть стимул дальше расти. В небольших городах работать сложнее, надо вертеться, все трудоголики, стараются выжить.

предоставлено Минигали Давлетбаевым
Фото:предоставлено Минигали Давлетбаевым

— Ваши сольные выступления были чем-то новым на башкирской эстраде. У вас был необычный образ и тогда еще никто в таком стиле не пел, фальцетом. У меня в ушах звучит песня «Минең йөрәк былай түгел ине, башҡа ине һинең күҙҙәрҙә», ее и сейчас поют другие артисты.

— В 1990 году у меня была своя группа. Тогда я эти песни писал быстро, за полчаса, аранжировки на синтезаторе «Korg» делал за час. Потом на телевидении клипы снимали, в утреннем канале «Салям» показывали. Постепенно я набил руку, писал песни и для Салавата Фатхетдинова, и для Малики. А сейчас я одну песню делаю две недели, сейчас аранжировки надо по-другому делать.

Я шесть лет работал у Салавата Фатхетдинова (дай Бог ему здоровья, процветания!) и около 14 лет с Лепсом с 2006 года. В свое время меня и Альберт Асадуллин звал в Питер, и в группу «Форум» приглашали. Как-то с Айдаром Галимовым в Москве пересеклись, он говорит: «Минигали, ты такой хороший музыкант, тебе надо было свою группу создавать». А я, работая у звезд, свой талант, труд им отдавал, сам оставался за кадром.

Сейчас я хочу свои песни возобновить. Почувствовал свободу, как выпускаешь зверя из клетки в лес — вау, здесь такие просторы для творчества! У меня есть куча песен. Я могу взять гитару или за клавиши сесть и «начирикать» штук 15-20 песен. Большой опыт мне дала работа в ресторанах, где я работал, благодаря этому знаю потребности зрителей.

— Ваш сценический образ — вечно молодой мальчик с саксофоном. Кстати, какой у вас рост? Не было ли переживаний из-за маленького роста?

— Рост 162 см. Нет, я вообще об этом не зацикливаюсь и не думаю даже. Джеки Чан и Брюс Ли — тоже маленькие. Был великий джазовый пианист, карлик Мишель Петруччиани — он грандиозный пианист, так никто не играет, его знает вся планета.

— А что-то делаете, чтобы поддержать хорошую физическую форму — спорт, диеты?

— В детстве я занимался акробатикой. В армии вставал раньше всех, чтобы не слышать слово «подъем». И быстрее на турники, в спортгородок. Потом тоже всегда отжимался, на турнике висел. Просматриваю фильмы про Брюса Ли — это уже мотивация. Здоровье дороже всего, особенно когда в работе постоянные гонки: самолет, поезд, я дома бывал по 12 раз в году. Раз в месяц появлюсь, и то залетом, вещи поменяешь и снова в путь.

предоставлено Минигали Давлетбаевым
Фото:предоставлено Минигали Давлетбаевым

- Красивый у вас саксофон. Тяжелый?

- Весит около 3 кг. Тяжело, да. Но если ты привык играть, дуть, организм болеет, если не играешь. Не хватает тебе нот, как наркоману. Если долго не играешь, и губы не держат, и мозоли появляются. Игра – это труд, как физкультура. Вот если ты штангист – ты же должен заниматься, постоянно поднимать штангу. Так же и на инструменте ты должен заниматься по многу часов в день, чтобы выходить на сцену, с бухты-барахты ничего не получится.

- У артиста обычно один или несколько инструментов?

- Инструментов обычно бывает несколько. У меня их было четыре – они дома лежат, у каждого свое предназначение. Этот мой саксофон сделан из латуни. Еще есть медные, бронзовые, с добавлениями, посеребренные, позолоченные. Самый ценный инструмент среди саксофонов считался «Селмер марк 6».

- Ваши дети продолжают дело отца?

- Нет. Сын уже 4 года живет в Америке, он кикбоксер, мастер спорта. Дочь Есения журналист, РУДН окончила, но она пока мамой «работает» дома, с моей внучкой сидит. Она хорошо поёт, пишет стихи, танцует, переводит с английского языка. Зять Константин хорошо говорит на испанском и итальянском языках. Внучка Милана хорошо играет на гитаре, с 5 лет поёт, хорошо рисует, делает клипы, прекрасно танцует и изучает немецкий, английский и японский языки.

- Какие бы советы вы дали начинающим музыкантам?

- Слушать хорошую музыку, стараться много играть, копировать. Ты должен как букварь изучить всё, что есть, быть грамотным музыкантом. Много музыкальной литературы читать. Ты смотришь, играешь и читаешь мысли композитора. Неграмотные музыканты, как цыгане, которые могут говорить, но не умеют читать. Обязательно надо учиться, класс пройти. Постоянно "снимать", саксофонист должен повторять звук. Сейчас много школ, в интернете много материала. Просто надо найти любимого музыканта, певца, под кого будешь копировать.

- А у вас такой есть?

- Для меня это Стиви Уандер. Непревзойденный, так никто не поет. А из российских мне нравится Александр Серов – у него хороший, богатый тембр. Богатство музыки певцов – в неповторимости тембра. Сейчас куча певцов, и ты не понимаешь, кто поет. Так же и саксофонисты. Можно по характеру звука, игры узнать, кто играет.

предоставлено Минигали Давлетбаевым
предоставлено Минигали Давлетбаевым
Фото:предоставлено Минигали Давлетбаевым

- Какая музыка ближе вашему сердцу, играете ли в других стилях?

- Музыкант должен всё уметь играть. Живя в Москве, если ты саксофонист, ты должен играть и классику, и джаз. Вот, например, Сергей Манукян меня пригласил, 30 ноября с ним концерт будет в Оренбурге.

Музыка – это для меня вся жизнь. Я этим живу. Как рыба без воды не может, так и музыкант без музыки не может. В общем, ребята, занимайтесь музыкой, и она вас тоже полюбит! 

Автор:Лейла Аралбаева
Читайте нас в