Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 75.45 ↓

EUR 90.02 ↓

27 ноября Пятница

Уфа   °

Главврач станции переливания крови в Башкирии об «антиковидной» плазме и COVID-скептиках

ОБЩЕСТВО

В преддверии 14 июня – Всемирного дня донора крови – агентство «Башинформ» решило выяснить, как в условия пандемии коронавируса работает Республиканская станция переливания крови в Уфе. Специальный корреспондент посетила медицинское учреждение и пообщалась с главным врачом Рамилем Хамитовым. В интервью он рассказал о том, как на станции ведется забор крови у переболевших коронавирусом, какими свойствами обладает «антиковидная» плазма, опасны ли вчерашние пациенты с COVID-19 для окружающих.

- Рамиль Галинурович, расскажите об «антиковидной» плазме: как часто ее сдают и где?

— «Антиковидную» плазму мы получаем от переболевших COVID-19 ежедневно. Например, вчера кровь сдали восемь человек. Во всех крупных городах республики организованы точки забора крови: в Уфе на ул. Батырской, 41/1, Шафиева, 2 (клиника БГМУ), а также в филиалах Стерлитамака, Октябрьского, Белорецка, Нефтекамска.

Республиканская станция переливания крови: Уфа, ул. Батырская, 41/1

- Сколько людей, переболевших коронавирусом, сдали кровь с начала пандемии?

— На 10 июня кровь сдали более 60 человек. Именно на нашей станции – порядка 30 человек. Каждый донор сдает либо 600 мл, либо 400 мл. Тут не принципиальны литры, а принципиальны дозы. То есть, человек сдает три или две дозы. Мы стараемся практически у всех взять по три дозы. Заготовлено порядка 180 доз, половина выдана в больницы. Больному человеку вливается либо одна, либо две дозы – все очень индивидуально и зависит от степени тяжести заболевания. В редких исключениях бывает, что пациенту и три дозы вливают.

Главный врач Республиканской станции переливания крови Рамиль Хамитов



- Кто не может быть донором «антиковидной» плазмы?

— Конечно, все подряд не смогут стать донорами «антиковидной» плазмы. Лишь небольшой процент может, 60 процентов изначально не годятся, так как это переболевшие онкобольные, диабетики, астматики. Они изначально не могут быть донорами «антиковидной» плазмы. Сюда же можно отнести людей с другими инфекциями и заболеваниями, с которыми нельзя сдавать в обычном режиме.

- В какие COVID-госпитали от Вашей станции направляется «антиковидная» плазма?

— В самом начале – это клиника БГМУ, в рамках научно-исследовательских работ. Потом присоединились больница №8, Дёмский COVID-госпиталь, Белебей. Сейчас практически все пользуются, все крупные больницы получают у нас «антиковидную» плазму.

- Люди, переболевшие коронавирусом, приходят на станцию как обычные доноры? Они не опасны для окружающих?

— Мы разделили потоки. На первом этаже специально выделены два кабинета. Мы туда спустили всю необходимую аппаратуру, которая получает плазму. Организовали отдельные рабочие места. Усилены меры дезобработки, режим проветривания, СИЗы со степенями защиты. Но, на самом деле, переболевшие COVID-19, они уже здоровые люди, и вроде нет необходимости, можно класть рядом с другими донорами. Но чтобы не было такого, что донор мог бы обвинить: «Я заразился у вас, а не на улице или дома. Я заразился вон от того донора, который со мной рядом сдавал», мы разделили потоки. А истина такая: они уже не заразные. Переболевшие – это здоровые люди, они ходят по улице, ездят на транспорте, ходят в магазины. Вообще, считается, что с двумя отрицательными анализами вирус перестает выделяться из организма, но ждем еще две недели после выписки, то есть в этот период могут быть единичные выделения вируса. Но через две недели вирус уже не выделяется — опасности заражения нет.

- Как работает «антиковидная» плазма? Она действительно помогает заразившимся коронавирусом?

— Мы видим, что положительный эффект есть. Причем ситуация меняется стремительно, но не через час-два, а через сутки, максимально – через двое суток. Поэтому мы выработали определенные критерии: как вливать, сколько, какие дозы и с какими антителами. Весь научный мир сейчас этим занимается, и получены хорошие результаты. Мы видим клинико-лабораторное улучшение самочувствия: явно улучшается биохимическая часть крови, видим на КТ процент уменьшения зон поражения легких, некоторых даже удалось снять с ИВЛ – это серьезные показатели, и они как раз видны через сутки-двое.

- А что с обычными донорами? Вы их как-то проверяете на коронавирус?

— У нас на входе и термометрия, и дезсредства, и масочный режим. Обработку проводим каждые полчаса. Наши доноры – здоровые люди. Доказательства, что у них нет COVID-19 – не требуется. У нас доктора – профессионалы: они внимательно осматривают доноров. Между тем, министр здравоохранения РБ Максим Забелин рекомендовал приобрести реактивы для того, чтобы определить во всех COVID-стационарах титры антител у медработников. Потому что, кто переболел, по результатам этих антител они могут, не боясь, работать с «ковидными» пациентами. В повторные случаи, то есть в реинфекции, я лично не верю.

- Доноры с какой группой крови чаще всего сдавали «антиковидную» плазму?

— На первый взгляд, бросилось в глаза, что это вторая и третья группы, но выводы будем делать позже, когда масштаб исследований перейдет за сотню, за две сотни. Пока рано делать выводы.

- Ваши прогнозы по пандемии коронавируса: когда стихнет эта болезнь, ждать ли осенью второй волны массового заражения населения?

— Конечно, об этом лучше уточнять в Минздраве или научном мире. А вот чисто как доктор, имеющий определённый опыт, могу сказать, что инфекция прошла плато, и, я думаю, в течение месяца она практически, ну не обнулится, но серьезно снизится ее распространение. Этому способствуют и погодные условия. Но, скорее всего, осенью может быть повтор. Инфекция, видимо, пришла к нам надолго. Каждый осенне-зимний период будут такие инфекции, но не в таком масштабе, как сейчас. Все будет зависеть от той вакцинации, которая скоро запустится. Вакцина уже создана, проходит окончательные этапы клинических испытаний, пока на добровольцах. И если она себя положительно проявит, то будет внедряться. Самая эффективная терапия – это вакцинация.

- Что бы Вы хотели сказать людям, скептически настроенным к COVID-19, которые не верят в существование этой болезни?

— Наверное, можно было не верить, когда эта инфекция была в Китае или Италии, но сейчас мы, врачи, точно знаем, что эта инфекция есть, что она многих поражает. Заболевают и пожилые люди, и среднего возраста, и даже дети. Мы видим переболевших, мы с ними общаемся. Это глупо – не верить. Думаю, те, кто не верят, нанесут себе урон, потому что они не будут защищаться, применять СИЗ. Если не верят, пусть пообщаются хоть с нашими переболевшими донорами.

- Скоро День донора. Рамиль Галинурович, как ваши сотрудники и доноры встречаете этот праздник?

— 14 июня – Всемирный день донора крови, он приурочен ко дню рождения врача-иммунолога Карла Ландштейнера из Австрии. Именно он в 1900 году открыл три группы крови, выявил антигены. Его ученики определили четвертую группу крови, потом резус-фактор. Весь мир сейчас пользуется этими открытиями. Уже сегодня мы на станции создали праздничную атмосферу: шарики, ростовая кукла в виде капли крови. У нас проходит розыгрыш призов. Всем, кто пришли сдать кровь или ее компоненты, сотрудники станции вручают памятные подарки: ярко-красные кружки, флешки, рамки для автомобильных госзнаков, футболки и сумки.

Рамиль Галинурович, с наступающими вас праздниками: с Днем России, с Днем донора, и спасибо за беседу!

Ксения Калинина
Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или

Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке".

Если у вас есть новости, которые могут быть интересны агентству, присылайте ваши сообщения, фото и видео в нашу редакцию на электронную почту [email protected], в наши группы в соцсетях «ВКонтакте», Facebook.

Читайте нас в Яндекс.Новостях

Лонгриды
закрыть