Как «Дортрансстрой» строит сложные объекты Башкирии в рекордные сроки

Три года работ за один сезон

— В этом году вы сдаете сразу несколько знаковых объектов. Давайте начнем с самого горячего – трасса Р-240 Уфа – Стерлитамак. Рассказывают, что там рекордные сроки строительства.

— Да, это серьезный вызов: полная реконструкция 23-х километров федеральной дороги, вместо двух полос стало четыре. По нормативам на такую стройку дается 36 месяцев. У нас в распоряжении был всего один год. Контракт заключили в марте 2025-го, но финансирование пришло позже, поэтому график пришлось сжать до предела. Сейчас заканчиваем основные работы, занимаемся перекрестками и разъездами. Готовим трассу к сдаче на «Транспортную неделю» в ноябре.

— Нормативный срок – три года, а вы укладываетесь в один. Не отразится ли такая спешка на качестве?

За 26 лет на рынке мы наработали такую базу, что можем брать любые объемы. У нас в штате две с половиной тысячи человек, 170 единиц современной техники, пять собственных асфальтобетонных заводов, мы сами дробим щебень, чтобы фракция была правильная. Также у нас сильная лаборатория: в Уфе на Проспекте Салавата Юлаева положили смесь, которую сами разработали, специалисты наблюдают за асфальтом, измеряют износ. Мы хотим, чтобы дорога держалась 7–10 лет, а не гарантийные два года, поэтому на качестве не экономим.

Что касается скорости — это то, что мы умеем. Последние пять лет в Уфе мы работаем только ночью: Проспект Октября, улица Заки Валиди, Демское шоссе, дорога к аэропорту. Чтобы не парализовать город, мы закрываем участок в пятницу в двенадцать ночи, когда все разъехались, а в воскресенье после обеда открываем. Люди заезжают в город уже по новому асфальту.

—Еще один масштабный проект – реконструкция федеральной трассы М-5 в Челябинской области. В чем сложность этого участка?

— Это, без прикрас, уникальный проект, в России таких сложных объектов, наверное, всего два-три. Кто ездил по тем горам, знает – там перепады высот до 60 метров, резкие подъемы и спуски. Зимой фуры не могли подняться в гору, образовывались многокилометровые пробки. Сейчас эта проблема решится за счет ввода обхода через Сим.

Общая протяженность наших работ – 44 километра, в этом году запускаем 28. В составе обхода 11 мостовых сооружений. Самая сложная – комбинированная эстакада длиной более километра через реку Сим. Высота опор до 45 метров, она проходит прямо над ущельем. Объем земляных работ огромный – 3 млн кубов, из них полтора мы прошли буровзрывом.

Справка Башинформа: Трасса М-5 в этих краях имеет и туристическое значение для жителей Башкортостана. Именно отсюда лежит путь на популярный горнолыжный курорт Аджигардак, Жукову Шишку, а также к знаменитому Никольскому мосту-акведуку.

— Если говорить о Башкирии, какие еще значимые объекты вы сдаете в республике в этом году?

— Это целый ряд важных для региона объектов. Завершаем работы на трассе Стерлитамак – Белорецк – Магнитогорск. На тех участках, где мы работаем, никогда не было асфальта, машины ездили по щебеночной дороге. В этом году сдаем 8 километров нового покрытия. Уже сдали в эксплуатацию участок дороги Толбазы – Красноусольский – популярный туристический маршрут. 

На днях раньше намеченного срока открыли движение по новому мосту через реку Быстрый Танып в Дюртюлинском районе, второй мост в Бураевском районе сдаем в ближайшее время. Кроме того, завершили капитальный ремонт школы в городе Октябрьский, сейчас ведем ремонтные работы в общежитии БГПУ в Уфе.

 Подземные сюрпризы

— Большие стройки часто обсуждают в контексте красивых фасадов или ровного асфальта, но самые большие затраты не видны глазу – инженерные сети. Бывают нештатные ситуации, когда приходится прямо на ходу менять проект?

— Постоянно. Возьмем ту же улицу Галле в Уфе, где новая дорога соединит Восточный выезд с улицей Комсомольской, планируем ее запускать ко Дню республики. Так вот, там представлены все виды сетей. В проекте – одно, но как только начали копать траншею, оказывается, что все лежит абсолютно по-другому. И нужно «на коленке», вместе с заказчиком и проектным институтом, прямо на местности все перечерчивать. Это целая задача, но у нас своя инженерная служба, налажено взаимодействие с владельцами коммуникаций. Командной работой мы эту проблему научились побеждать.

— Есть такое привычное общественное мнение: сдали объект, а через год-два появились ямы на дороге или протекла кровля – значит, строители схалтурили. Как в таких случаях проходит разбор полетов?

— Любое инженерное сооружение — это живой организм, за ним нужно следить. Я всегда привожу пример с машиной. Покупаешь хорошую машину, ездишь, но, например, не проходишь ТО, не меняешь расходники. Она ломается, приезжаешь и говоришь: поменяйте по гарантии. А вы её обслуживали?

То же самое с дорогой или зданием. Сделай отличную дорогу, но если ты не убираешь с нее снег перед весной, вода скапливается, появляются ямы. Мягкая мембранная кровля служит 30–40 лет, но ее категорически нельзя чистить обычными лопатами, порвется мембрана, пойдет вода. А потом говорят: это же гарантия, идите разбирайтесь. Сначала нужно понять причину. Если соблюдаются правила жизненного цикла, межремонтные сроки растут. Мы сами содержим и обслуживаем порядка 340 километров трассы М-5 от границы с Башкирией до Челябинска, поэтому прекрасно понимаем, как правильный уход продлевает жизнь покрытию.

— В отрасли часто говорят о проблеме некачественных проектов. Как вы поступаете, если видите, что проектная документация сырая?

— Всё случается – труба может быть не заложена, или забыли гидроизоляцию. Можно было бы сказать: «наше дело построить по бумажке, а бумажка плохая». Но люди не будут разбираться, проект был плохой или строители допустили ошибки. Поэтому мы выявляем ошибки на этапе входного контроля и всё «допиливаем» с проектировщиками. Например, улица Генерала Рыленко в Уфе. Перед стройкой там был овраг, тек ручей. Мы проложили трубы, пустили ручей под землей, вынесли все коммуникации. Очень сложный инженерный объект получился.

— Чтобы на ходу решать такие сложные задачи, нужна надежная команда. Как удается удерживать хороших специалистов и есть ли приток молодежи?

— У нас синдром отличника: если уж возьмемся, то на совесть. Дорога, дом — это то, чем будут пользоваться люди. У строителей есть выражение: каждый объект — это ребенок. Ты относишься к нему как к ребенку, ты его сдаешь и хочешь, чтобы он был в порядке, и никто плохого про него не сказал. На этот подход ориентируется молодежь, ее стало больше. Мальчишки в любом возрасте хотят управлять большой машиной. А техника у нас современная, самосвалы уже идут с кондиционерами и холодильниками, сейчас человек хочет работать в комфорте. Если ты освоил рабочую профессию, ты всегда будешь при деле. ИИ тебя не заменит, он котлован не выкопает. Будущее за этими специальностями.