Певица Ильсия Бадретдинова раскрыла тайны личной жизни и творческого успеха

Её называют настоящей «бунтаркой» башкиро-татарской эстрады. Начав с пустых залов в сельском клубе, певица Ильсия Бадретдинова сегодня собирает аншлаги на больших сценах страны. Ежегодно в столице республики проходит ее 20-дневный гастрольный тур, который стал настоящим рекордом, его пока не удалось повторить ни одному артисту.

Звезда Башкортостана и Татарстана, несмотря на плотный гастрольный график, нашла время для интервью «Башинформу» и рассказала о том, о чем молчала 20 лет.  

О творчестве

— Вы более 20 лет на сцене, за эти годы у вас появилась многотысячная армия фанатов по всей стране, ее большая часть в нашей республике. Этому доказательство то, что уже 10-й день в Уфе идут ваши концерты. Как проходит тур, какие впечатления? Уфимский зритель чем-то отличается от публики в других регионах?

— Честно говоря, я сейчас в том состоянии, которое можно назвать абсолютным комфортом. Меня окружают вниманием, вкусно кормят, гримёрка завалена цветами и подарками. Каждое утро начинается с чашки кофе и искреннего желания выйти к людям на сцену. Мне совершенно не на что жаловаться.

Я всегда говорю это на сцене, и в интервью: в Уфе — самая благодарная и заряженная публика. Я чувствую их теплую энергетику. Хочу отметить, что такой интерес публики для меня — бесценный дар.

— При этом вы недавно сказали, что «достаточно по 200 концертов в год». Поделились о планах сократить график... 

— Да, и я не отказываюсь от этих слов. На днях мне исполнилось 45 лет, и я не молодею. 200 концертов — это только сольные шоу, а ведь ещё есть сборные выступления, съёмки, интервью. В этом ритме почти не остаётся времени на личную жизнь. Я прежде всего мать, у меня есть сын, близкие, которым тоже нужно внимание.

Я сейчас сожалею, что в молодости слишком мало внимания уделяла родителям и близким. Может быть, тогда просто не было возможностей, я была вечно в бегах. К сожалению, список моих потерь слишком длинный: родители, бабушки, муж, сестра, друзья… Их уже не вернуть. И мы не знаем, что может случиться завтра.

Сейчас из самых близких у меня остались только сестра и сын. Это является одной из причин, почему я решила сократить количество концертов. Жизнь проходит мимо, пока я на гастролях: у сына день рождения — я в туре, у сестры праздник — я на сцене. Я пропускаю всё: Новый год, 8 Марта, даже на похороны близких людей или соседей иногда не могу попасть из-за графика. Я поняла: если не остановлюсь сейчас, в старости груз этих сожалений станет слишком огромным. Нужно начинать жить разумно уже сегодня.

— Сегодня многие сомневаются, что можно отработать 200 концертов в год без фонограммы...

— Слышала я эти разговоры, и не только от зрителей, но даже от коллег. Некоторые утверждают, что дают по пять концертов в месяц, потому что поют «вживую». Если они так редко гастролируют, значит, зрители не посещают их выступления. Мой ответ прост: в любом зале, на любом стадионе — подойдите и возьмите мой микрофон в любой момент, когда я пою. Вы всё поймете сами. Наши легенды — Ильхам Шакиров, Фарида Кудашева — давали по три концерта в день в деревнях, разве они под фонограмму пели? Почему мы должны работать иначе?

— Вы помните свой первый выход к башкирскому зрителю?

— Конечно! Это было село Москово в Дюртюлинском районе. Друзья посоветовали, что это очень красивое благоустроенное село. Я приехала, а на концерт не пришел вообще ни один человек. Ноль! На следующий год я рискнула приехать снова, и в зале сидело уже человек пятнадцать. Наверное, из жалости пришли (смеется).

Если бы мне тогда сказали, что спустя 23 года я буду собирать в Уфе многотысячные залы по две недели подряд, я бы ни за что не поверила. Путь был долгим. И даже сейчас, когда за плечами два десятилетия на сцене, находятся критики, которые говорят: «Да она и петь-то не умеет, голоса нет».

— В каком регионе гастроли приносят больше прибыли?

— Я никогда не занималась таким подсчетом. Но чисто географически Башкортостан больше, здесь больше городов и вместительных дворцов культуры. Соответственно, и масштаб туров здесь шире.

О личном 

— Недавно в соцсетях вы написали такую фразу: «Ах, как же хочется просто быть женщиной...». Какая Ильсия скрывается за кулисами, когда гаснут софиты?

— Обычная. Сегодня тысячи женщин живут так же: строят бизнес, воспитывают детей, водят машины и несут ответственность за целые коллективы. Меня растила в деревне бабушка. Её воспитание было суровым: «Ты родилась женщиной, значит, должна быть сильной. Слабых — растаптывают». Я по жизни иду с таким девизом. Но бывают минуты, когда сердце переполняется. Иногда накрывает желание просто остановиться и расплакаться. Хочется почувствовать себя слабой, найти опору, просто приткнуться к кому-то близкому. Я ведь не железная, я тоже женщина.

— Но наверняка есть мужчины, готовые стать этой опорой и взять ответственность в свои руки?

— Предложения были и есть, от мужчин разных возрастов и статусов. Но мне уже не 18. Прежде всего, я — мать, сына еще нужно поженить. Брак — это не поход в супермаркет за новым приобретением. У меня за плечами 13 лет семейной жизни, хоть и без штампа в паспорте. Но полноценная семья так и не сложилась, и виноваты в этом были мы оба. Этот опыт наложил огромный отпечаток на моё будущее. Сейчас у меня нет права на ошибку.

— То есть прошлый опыт является своего рода барьером?

— С годами мои взгляды на жизнь и на мужчин сильно поменялись. Допустим, придет ко мне миллиардер с предложением. Но на одни его деньги я жить не смогу. Я не смогу даже просто поддерживать беседу с тем, кто мне неприятен. Для меня важны эмоциональная близость, честность и надежность. Хотя, признаюсь честно, я и самой себе порой не доверяю на 100 процентов — моё настроение и поведение могут измениться сорок раз за пять минут. Но я всё же надеюсь, что в будущем рядом окажется тот самый человек. Настоящий друг, который в трудную минуту просто скажет: «Не плачь, давай я тебе чай заварю».

— Не секрет, что многие артисты сегодня делают пластические операции и рассказывают об этом «по секрету всему свету». Как вы к этому относитесь?

— Я никогда никого не осуждаю. Каждый сам знает, как ему распоряжаться своим телом и деньгами. Что касается меня: я не делала пластических операций. В сети ходит много слухов, какие-то хирурги даже «анализировали» по фото мою фигуру, утверждая, что я переделала всё — от лица до груди. Родственники даже советовали подать на него в суд, но я считаю, что на каждый роток не накинешь платок.

При этом я не скрываю: я делаю инъекции. На дворе XXI век, и если есть способы выглядеть женщине красивее, почему бы ими не воспользоваться? Сейчас я против радикальной пластики, но кто знает — возможно, через годы я изменю своё мнение.

— Какой главный совет по уходу за собой вы могли бы дать?

— Врачи советуют женщинам спать минимум по 9-10 часов и пить два литра воды. Но я всё делаю наоборот и не могу делиться советами. Воду я почти не пью, вместо нее предпочитаю зеленый чай, морс и кофе. В еде себя не ограничиваю, люблю вкусно поесть. И в спортзалы я не хожу. Я по три часа каждый день прыгаю и танцую на сцене так, что никакие тренажеры не нужны.

О команде

— Ваша команда состоит из 20 человек. Трудно ли управлять большим творческим коллективом? Вы строгий руководитель?

— У нас удивительный коллектив: в группе работают представители семи национальностей и пяти разных религий. Каждый из них — самобытный артист. Они выходят на сцену в своем национальном костюме и поют на родном языке.

Я глубоко убеждена: творческого человека нельзя загонять в какие-то рамки, он должен быть свободным. Моя задача — вдохновлять и поддерживать. Мы живем очень дружно. Например, из-за разницы часовых поясов Новый год начинаем праздновать еще утром — наша артистка из Бурятии отмечает его на 10 часов раньше нас. Или вот Джо, наш африканский парень — он уже потрясающе поет на татарском. Мы празднуем все национальные и религиозные даты друг друга, это нас невероятно обогащает.

— Сейчас модно создавать искусственный шум вокруг своей персоны, чтобы привлечь подписчиков. Вы же спокойно рассказываете о своей жизни вне сцены.

— Да, многие сейчас раздувают каждое событие в «хайп». А мы просто показываем жизнь такой, какая она есть. Приключений у нас и без сценария хватает. Вот, например, недавно друзья из Буздяка принесли нам «красный кефир» — очень вкусный напиток из свеклы. В гостинице холодильник был забит, так я поставила его на подоконник и закрыла шторы... И вот спустя 12 дней, в заключительный вечер мы спокойно сидим в ресторане, пьем чай. Вдруг звонок из отеля. «Ильсия, возвращайтесь скорее, вы полностью разнесли номер. Не можем объяснить по телефону!». Придя обратно в номер, мы ахнули. Оказывается, от тепла бутылка с кефиром взорвалась. Представьте картину: белый ковер, белоснежные простыни, стены, потолок — всё в ярко-красных пятнах, будто кадр из триллера. В итоге пришлось выплатить штраф 120 тысяч рублей, номер полностью отремонтировали. Вот такой «вкусный» подарок получился.

— Как вы относитесь к феноменальной популярности группы AY YOLA? Кто еще из современных артистов вам близок?

— Ребята из AY YOLA — большие молодцы, они за короткий срок заявили о нашей культуре на весь мир. Победителей не судят, я искренне радуюсь их успехам. Также мне очень импонирует виртуоз-музыкант Зайнетдин. Он делает колоссальную работу для развития современной этно-музыки и культуры. Это те люди, которые не дают нашей сцене застаиваться, и это прекрасно.