Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 63.22 ↓

EUR 70.42 ↑

13 декабря Пятница

Уфа   °

Gauga: «Глобально рок умер, но учитывая, что все циклично, может, вернется»

КУЛЬТУРА / 100 лет Республике

УФА, 14 ноя 2019. /ИА «Башинформ», Артём Валиев/.

Корреспондент агентства «Башинформ» побывал в гостях у перспективной рок-группы Gauga. Вокалист Оскар Юнусов – родом из Бирска, бас-гитарист Альберт Вельгас – из Янаула и другие участники группы рассказали о том, как оказались в «попсовой на сто процентов» Казани, какой сюрприз ожидает зрителей на концерте в Уфе и почему в Башкирии мало серьезных коллективов, исполняющих рок на башкирском языке.

Беседуем с Оскаром Юнусовым:

- Бирск башкирский город, как получилось, что ты оказался в Казани?

— Это было давно, еще в 2007 году. Я помню три основные причины, из-за которых я переехал. Во-первых, я поступил учиться в Казанский государственный университет. Вторая причина – здесь был баскетбольный клуб «Уникс», я в то время увлекался баскетболом. К сожалению, в Башкирии, в Бирске, не было баскетбольных кружков, а я был сильно заинтересован в этом, мечтал играть в клубе и поехал в Казань. Но, конечно, это не получилось. И третья причина – Казань был очень развивающийся город в то время.

- А специальность какая была?

— Я поступил на бюджет на мехмат. Но, не успев начать учиться, по собеседованию прошел на вычислительную математику и кибернетику. Сейчас немного жалею, что ушел с мехмата, потому что математику любил, мне было интересно, а ВМК – там программирование, здесь я уже чуть-чуть отстранился, но окончил учебу.

- Говоря о роке, вообще мало групп, которые исполняют профессиональный рок на татарском языке. Почему именно на татарском? Было желание занять нишу, которая показалась свободной?

— Это получилось естественным образом, у меня не было никаких целей, планов. Я писал на русском, и в какой-то момент, как раз когда учился, сидя в общежитии, появилась строчка на татарском. И мне показалось, что я это делаю лучше, чем на русском. С тех пор пишу на татарском.

- Этно-рок востребован сейчас?

— Мы не играем этно-рок. Этно-рок – это когда в группе есть что-то этническое, может быть, инструменты.

- У вас курай есть.

— Да, это единственная песня.

- А кто исполнял эту партию на курае? Башкирский музыкант?

— Да, Ильнур Кулахметов. Мы больше с ним не пересекались после этого.

- А татарский рок востребован, судя по заполняемости концертных площадок, здесь в Казани, в других городах Татарстана?

— Могу сказать, что в Татарстане рок не особо востребован, учитывая, что я жил в Башкирии и здесь, могу сравнивать. Уфа – это город, в котором много рок-групп появилось...

- С большими традициями, Шевчук, Земфира...

— А Казань можно считать попсовым городом на сто процентов.

- Значит, в Башкирии у такой группы, как ваша, были бы больше перспективы?

— Не знаю. Там есть рок-группа Burelәr.

- В вашей группе ребята — все жители Татарстана, кроме тебя?

— Все местные, единственное, Альберт Садтрутдинов из Башкирии, из Янаула.

- Получается, два человека из Башкирии, группа наполовину башкирская?

— Да, на треть.

- Скоро ваш концерт в Уфе. Как к нему готовитесь, какой хотите месседж до уфимской публики донести?

— Основной месседж у любой группы — кайфануть и доставить удовольствие публике.

- Это будет второй концерт в Уфе?

— Да, мы играли в «Мюзик-Холле» в том году, как раз в эти же даты – ноябрьские, мы играли в три группы — две татарстанские и Burelәr, местная башкирская группа.

- Получили те эмоции, которые хотели?

— Да, получил удовольствия больше, чем на концертах здесь.

- А по Татарстану вы активно ездите?

— Нет, обычно это только летом происходит, в остальные сезоны не катаемся.

- Есть в планах исполнить песню на башкирском языке?

— Да, планировалось совместное с башкирскими исполнителями, это будет на концерте. Ильшат Абдуллин, который с нами уже пел, опять с ним споем, и еще одна певица, про которую пока не буду говорить, пусть это будет сюрприз для публики.

- На башкирском будет песня?

— Да.

- Мы уже говорили, что перспективы развития рок-движения в Башкирии более интересны с точки зрения традиций, в Казани, может быть, это не совсем так. Но при этом почему в Уфе нет серьезных коллективов, которые исполняют рок на башкирском языке?

— А Burelәr?

— Это единственный пример. Почему рок-движение не так массово?

— Сейчас время рэпа. В Уфе много рэперов выходит, мне кажется, многие уже отложили гитару в угол.

- Рок сейчас переживает не лучшие времена?

— Уже давно, с нулевых. Можно считать, что глобально рок умер. Но учитывая, что все циклично и дело в руках природы, может, все вернется.

- У вас не было желания сменить направление?

— Лично у меня — нет, но у нас группа из пяти человек, и каждый любит определённое русло в музыке. Вот Альберт, он электронщик, но играет с нами татарский рок.

- А в условиях глобализации важно, где базируется группа? Казань, Уфа, Янаул…

— Я думаю, в плане удобности только, если мы находимся в Казани, то у нас концерты проходят чаще всего здесь, нам никуда не приходится ездить. Будучи в Янауле, это было бы проблемно.

- А с властью общаетесь в Татарстане?

— Я лично нет, но у нас есть лейбл, в котором мы состоим, они успешно сотрудничают, при помощи минкульта проводили Таткульфест, который проходил второй год в зоне Кремля.

- Рок — это больше про протест. Но ты в интервью «Радио Свобода» сказал: мы за правду, мы вне политики. Объясни свою позицию?

— Думаю, это неточная цитата. Я недавно говорил, что я аполитичен и мне неинтересно это. У меня есть музыка, я занимаюсь музыкой. Второй момент, про справедливость – это моя гражданская позиция – я люблю, когда все «по чесноку».

- Об этом песни?

— Песни абсолютно разные, и возможно, там есть дух протеста, но специально я это не вкладываю. В целом принято считать протестным русский рок, а зарубежный рок, который как классика, это про удовольствие, про женщин и все остальное.

- Татарский рок тоже про это?

— Да, то есть был зарубежный рок, русский рок, который чуть поменялся, и татарский рок, который опять все повторяет.

- Если бы вам предложили участвовать в каких-то политических акциях, в поддержку или против, согласились бы, за хорошие деньги?

— Нет, это не только мои слова, но и всей группы.

- Вопрос о сохранении национальных языков. В Башкортостане, в Татарстане есть обязательное изучение национальных языков в школах, кто-то против этого, кто-то за. Нужно ли изучать язык всем жителям национальных регионов?

— Я приведу пример. Недавно приезжала научная делегация из Германии, немцы, и с одним из них я разговаривал на татарском языке, и он гордится, что знает еще один язык, и неважно, какой это язык: башкирский, марийский, татарский. Когда ты знакомишься с кем-то и он знает больше тебя языков, появляется зависть, потому что он круче тебя в этом, и в данном случае, я думаю, это только полезно.

- А на ваши концерты ходят те, кто знает татарский язык или необязательно?

— Я думаю, большинство не понимает. И часто они говорят, что начинают понимать свой язык через наши песни, то есть они начинают говорить.

- Получается, вы своей культурой продвигаете татарский язык…

— Да, помогаем.

- А твои друзья говорят на татарском?

— Да, но не все. Хотя, если брать только татар, то, я думаю, все разговаривают.

- В Башкирии достаточно четко прослеживается, если это второе, третье поколение городских башкир, они не всегда говорят на башкирском, больше используют русский. В Татарстане не так?

— Здесь большое количество так называемых городских татар разговаривают на татарском.

— Как удалось добиться, чтоб родной язык стал модным?

— Проходят акции «Мин татарча сойлэшэм», у вас тоже проходила «Мин башҡортса һөйләшәм», думаю, это тоже будет иметь какие-то плюсы. Сейчас, возвращаясь в Башкирию, в Бирске я частенько слышу, на улице, в автобусе, как говорят на родном языке, на башкирском, татарском, несмотря на то, что город русский.

- Часто заезжаешь на малую родину?

— Сейчас очень редко, может быть, в год раза два. Родители там, и я с удовольствием возвращаюсь.

- Недавно ваш сайт был заблокирован Роскомнадзором, из-за чего?

— И мы не знаем почему, когда я зашел, все уже работало.

- Как вообще относишься к идее суверенного интернета, блокировок «Телеграма» и так далее?

— Я — против, и не знаю того, кто положительно к этому относится. Если это будет чаще случаться, мы будем говорить, что против, не будем молчать.

- Что означает ваше название?

— В башкирском тоже такое слово есть. Ғауға — значит скандал, шум, что-то такое гремящее...

- Осознанно выбрали такое эпатажное название?

— У нас было первое название группы (Oscar & c7c5), с которым не все музыканты были согласны, и ведущие часто спотыкались. Поэтому решили поменять. Долго очень искали название. Остановились на этом.

- Ваша концертная деятельность не так насыщена. Но вы много времени уделяете записи дисков. По композициям что в ближайших планах?

— Мы уже два года ничего не писали. Как раз после концерта в Уфе планируем плотно засесть на студии и записать много материала.

- О чем?

— Я думаю, все песни про любовь, просто смотря к чему. Или о нелюбви к чему-то. Там будут и лирические, романтические песни и что-то социальное будет. Но я хотел бы их разделить, если получится, то сразу два альбома будет.

- Спасибо. Все благ, новых песен, идей.

Теги: интервью
Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или
Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке"
Читайте нас в Яндекс.Новостях
Лонгриды
закрыть