Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 64.15

EUR 68.47

5 декабря Понедельник

Уфа   °

Нефти меньше - бюджет больше

"Нефти меньше - бюджет больше" - под таким заголовком в рубрике "От первого лица" в сегодняшнем номере "Российская газета" опубликовала интервью с Президентом Башкортостана Муртазой Рахимовым. Почему в республике нефти меньше, а бюджет больше? Этот парадокс региона и объясняет в своем интервью Президент Башкортостана.
Ниже...

"Нефти меньше — бюджет больше" — под таким заголовком в рубрике "От первого лица" в сегодняшнем номере "Российская газета" опубликовала интервью с Президентом Башкортостана Муртазой Рахимовым. Почему в республике нефти меньше, а бюджет больше? Этот парадокс региона и объясняет в своем интервью Президент Башкортостана.

Ниже публикуем полный текст этого интервью.

* * *

— Сперва замечу, — говорит Муртаза Губайдуллович, — наш бюджет является, как говорят, социально ориентированным. Из 75 миллиардов расходов, например, текущего года, 56 процентов выделяется на социальную сферу, то есть на непосредственное улучшение качества жизни людей. В частности, на строительство школ, больниц, дорог, домов культуры, спортивных комплексов и многое другое. Кстати, по индексу качества жизни людей, ключевому параметру, Башкортостан находится по этому на втором месте, сразу после Москвы.

Российская газета: — Хороший результат. Но он объясняется сырьевым ресурсом республики...

Муртаза Рахимов: — Причина наших успехов далеко не только в нефти (рубит по столу ребром ладони Муртаза Губайдуллович). Десятилетия назад республика действительно добывала по 40 миллионов тонн нефти в год, но ее запасы не бесконечны. Сейчас мы добываем лишь десять миллионов. А таким объемом уже никого не удивишь. К примеру, Оренбургская область добывает в полтора раза больше нефти плюс 20 миллиардов кубов газа, Татарстан — 32 миллиона тонн в год, столько же, сколько и мы добывает Пермский край, немногим меньше — Самарская область и Удмуртия. Но вот если пересчитать добычу на каждого жителя, то тут мы среди большинства соседей на последних местах, но бюджет у нас значительно больше. Хотя никто почему-то этому не удивляется. Зато имидж нефтяного края за нами.

РГ: — И все-таки, Муртаза Губайдуллович, согласитесь, во многом Башкортостан своими достижениями обязан нефти.

Рахимов: — Я не совсем с этим согласен. Ведь почти у всех вышеперечисленных регионов точно такие же заводы, как и у нас. Только в годы реформ многие из них отошли коммерсантам, которые выжимали из них последние соки, а на вырученные средства занимались отнюдь не модернизацией производства, и не решением социальных вопросов. Деньги, заработанные народным трудом, прятались от налогообложения и уводились за границу. Сейчас средства, на которые, между прочим, тоже должны были строиться дороги и больницы, превратились в виллы, частные самолеты, футбольные клубы и тому подобное.

У нас страна богатая, почти в каждом регионе что-то есть. Просто нужно обращаться с ресурсами бережно.

РГ: — Простите, а в чьей собственности сейчас находятся предприятия башкирского ТЭКа?

Рахимов: — Слухов много распространяют на эту тему... На самом деле топливно-энергетический комплекс Башкортостана никогда не принадлежал и не принадлежит ни какому-либо физическому лицу, ни частной фирме, ни группе лиц.

Мы вынужденно и сознательно провели приватизацию таким образом, чтобы владельцами этих предприятий, грубо говоря, стали те же самые трудовые коллективы. Акции были переданы нескольким организациям, учрежденным самими же предприятиями нашего ТЭКа. У нас были веские основания для того, чтобы сделать именно так. Будучи государственными, наши энергетические предприятия стали объектом агрессивной и абсолютно противозаконной по своей сути рейдерской атаки. И если бы не наши решительные действия, уфимские нефтезаводы и многое другое уже давно действительно принадлежало бы пресловутым "частным лицам".

РГ: — А в чем их, собственно, отличие от нынешних управленцев?

Рахимов: — Намек ясен. Отвечу прямо. Это не только люди, которым я действительно могу доверять, но и эффективные менеджеры.

Они блестяще образованны и прекрасно себя зарекомендовали сначала на невысоких должностях. И только убедившись в их компетентности, мы приняли решение о том, кто и как будет руководить ключевой для республики отраслью. В ситуации, когда государственное добро расхищалось аферистами всех мастей, я не мог поступить иначе.

Рейтинги же, которые оценивают "состояние" менеджеров нашего ТЭКа, смешны. Это — фальшивка от начала до конца. Никто из наших специалистов не получает зарплату хоть на рубль больше, чем в среднем по отрасли. Нет у них в пользовании ни самолетов, ни вертолетов, никаких других предметов роскоши, привычных для современных российских нефтяников. Я и сам, кстати, будучи руководителем одного из самых крупных и успешных регионов, передвигаюсь исключительно на рейсовых самолетах и автомобилях. Так и скромнее, и, находясь ближе к людям, узнаешь больше, что они думают о республике...

РГ: — Вы говорите, что в советское время в Башкирии добывалось в несколько раз больше нефти, но сейчас социальная сфера развивается лучше, чем тогда. В чем причина?

Рахимов: — В советские времена вообще много было разных странностей. Башкортостан в те времена был благополучен только на первый взгляд. У нас был хороший бюджет, объем промышленной продукции больше, чем во многих союзных республиках. Да и если о политических вопросах говорить — самая крупная автономная республика, секретарь обкома которой был, как правило, депутатом Верховного Совета СССР, членом ЦК КПСС. Только вот толку от всей этой внешней атрибутики было, прямо скажем, немного. По многим социальным показателям мы занимали в России 50-е, 60-е, а то и 70-е место. В том числе по количеству школ и больниц, уровню телефонизации, строительству дорог... И ведь что больше всего обидно — деньги-то в стране были, но приоритетом была не социальная сфера, а гонка вооружений и идеологическое противостояние с американцами. К тому же все было по разнарядке и по лимиту, а не по необходимости, у власти на местах фактически не было возможности решать насущные социальные проблемы, все нужно было выбивать в Москве.

Сегодня республика самостоятельно выбирает свои приоритеты.

РГ: — Всегда ли деньги, выделенные на социальную сферу, расходуются по назначению?

Рахимов: — Знакомо: "регионам деньги давать не надо, все равно украдут". Если честно, меня возмущают подобные рассуждения. Видимо, некоторые по себе судят. А регионы все разные и все зависит от конкретного руководителя. Вполне можно добиться, чтобы государственные деньги не разворовывались. Ведь можно с утра до вечера с важным видом проводить совещания, а можно чаще бывать на объектах. В месяц я наматываю не одну тысячу километров по республике. Дело не в том, что я не доверяю своим сотрудникам, но если лично не знаешь полную картину действительности, какой же ты руководитель? Поэтому на каждом хоть сколько-нибудь значимом проекте, в который вложены государственные деньги, бываю постоянно. Не забывайте, я — производственник, 34 года отработал на заводе. И хорошо знаю, кто, сколько и на какие цели потратил государственные деньги. В случае попытки потратить их не так, как следует, то разговор с таким человеком короткий. В республике это всем известно. Поэтому подобное происходит довольно редко. Так что деньги, выделенные на социальную сферу, расходуются у нас по назначению. Потому и показатели хорошие...

РГ: — В этом году исполняется 450 лет со дня добровольного вхождения Башкирии в состав Российского государства. Готовятся пышные торжества?

Рахимов: — Действительно, речь идет о крайне важном как для Башкортостана, так и для России в целом, реальном историческом событии. Предыдущий, 400-летний юбилей отмечался в советское время. Празднование, помню, по тогдашним обычаям обставлялось помпезными массовыми мероприятиями, которые производили большое впечатление. Рабочий народ брал на себя повышенные трудовые обязательства. Ваш собеседник, кстати, обещал партии и правительству переработать больше нефти на УНПЗ, где работал оператором...

Однако времена показухи остались в прошлом, и на этот раз все будет по-другому. Мы не ставим во главу угла массовые мероприятия — какими бы яркими они ни были, все равно забудутся. А вот новые объекты, как аэропорт, железнодорожный вокзал, Дворец спорта, ипподром, Дом дружбы народов и многие, многие другие реальные дела навсегда оставят в памяти потомков историческую дату добровольного вхождения Башкортостана в состав Великой страны.

"Российская газета", 21 марта 2007 г., N 57.

Автор:

Яндекс цитирования
Рейтинг ресурсов "УралWeb" -->
закрыть