Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 70.75 ↓

EUR 78.54 ↓

30 мая Суббота

Уфа   °

Молния
Молния

Эльза Исламова: «Толпар» был глотком свежего воздуха на нашем телевидении»

Эльза Исламова, в девичестве Валеева, родилась и выросла в Уфе, окончила факультет иностранных языков Башкирского государственного педагогического университета по специализации «французский язык», преподавала этот язык студентам и ученикам уфимской школы №40. При этом любовь к Франции она не просто пронесла по жизни, но и, выйдя замуж за француза, жить переехала не куда-нибудь, а в самую столицу этой страны — в Париж. Там она успела попробовать себя в разных ролях — в частности, в роли переводчицы во Дворце правосудия Парижа и преподавателя русского языка для французов, готовых «выучить его только за то», что им писали свои произведения Толстой и Пушкин. Последнее из ее увлечений — живопись: работы Эльзы вошли в каталог культурного проекта «Любимые художники Башкирии».

Главное же ее призвание все-таки журналистика. В начале 1990-х годов Эльза стала одним из самых ярких «лиц» первого негосударственного телевизионного канала «Толпар» в Башкирии, который был и одним из самых первых негосударственных региональных телеканалов в России в целом. Учредителями этой телекомпании стали в свое время ГТРК «Башкортостан» и ряд инвесторов, в числе которых были уфимские НПЗ. Просуществовала телекомпания недолго, около трех лет, но запомнилась многим зрителям, пожалуй, так же, как когда-то революционные телепрограммы типа «Взгляда». После десятилетий официоза на советском телевидении ее принципом стали прямой эфир и приглашение для бесед в студию самых ярких, неординарно мыслящих людей республики.  

Эта телекомпания, которой вскоре исполнилось бы 30 лет — единственная, наверное, в мире имела уникальный принцип формирования программы передач: так, за каждый день недели на канале отвечал один журналист, который в течение всего дня (!) вел разные передачи и беседы в студии, а тематика дней недели была расписана особым образом. Вторник с Эльзой Исламовой был посвящен искусствам и необычным увлечениям, среда, которую изначально вела Фания Давлетбаева — передачам на башкирском языке, четверг с Динарой Шамсиевой — медицине, пятница с Юниром Азнабаевым — экономике и истории, суббота с Александром Наймушиным — йоге, музыке и книжным новинкам, воскресенье с Еленой Косаревой — миру развлечений и кино.  

  Об этом телеэксперименте и многом другом — наш разговор с Эльзой Исламовой.

- Расскажите, как начиналась эта телекомпания, ставшая в свое время открытием на фоне традиционного телевидения с его строгими идеологическими рамками?

— Я начала работать на телеканале «Толпар» сразу после того, как он открылся в 1992 году. Этот первый коммерческий телеканал в республике был создан Салаватом Мубаряковым, сыном знаменитого артиста, исполнителя роли Салавата Юлаева, Народного артиста Башкортостана Арслана Мубарякова. Руководителем информационно-рекламного блока в этом проекте был Реан Бикчентаев, тоже сын выдающегося деятеля республики, известного писателя Анвера Бикчентаева, журналист, работавший в редакциях газет «Ленинец», «Вечерняя Уфа», в Госкомитете БАССР по телевидению и радиовещанию. К сожалению, обоих основателей телеканала уже не стало. Но в свое время они были первопроходцами, создав, я считаю, прогрессивное и нестандартное телевидение для Башкирии. Нестандартное — потому что оно совершенно не вписывалось в формат государственного регионального телевидения. У нас была полная свобода слова — мы говорили о том, о чём мечтали, о чём переживали, приглашали того, кого хотели. Журналистские сюжеты нам разрешалось делать на любые свободные темы — главным критерием был интерес зрителей.

- Как Вы попали в «Толпар», был какой-нибудь набор, конкурс? И сколько часов вещания имела телекомпания?

- В 1990-е годы, после распада СССР и кризиса многие оказались на перепутье, не знали, где найти работу, была полная неразбериха. Я тогда воспитывала трехлетнюю дочь и подыскивала работу, на которой могла бы использовать французский язык, но у нас в республике он не был востребован. Однажды мой знакомый позвонил и сказал: «Быстро собирайся на конкурсное собеседование!» и назвал только адрес, куда надо было приехать. Что за работа, где и в какой компании — я даже не успела узнать. Приехала на телецентр и увидела очень много молодых людей в очереди перед закрытой дверью. Потоком и давкой меня занесло в число первых, и меня попросили войти, сесть, ослепив при этом софитами, почитать что-либо и поддержать беседу. Я начала читать на французском языке. Тогда, как оказалось позже, Салават Арсланович — человек, проводивший конкурс — мне сказал: «А по-русски-то вы умеете читать?». Я очень удивилась, ведь я думала, что набирают во французскую компанию со знанием языка! Несмотря на такой казус, меня приняли.

Отобрали человек десять из всех и только тогда объяснили, что это молодое коммерческое телевидение. Тогда, в только-только наступившее постперестроечное время, коммерческая, рекламная составляющая были в новинку, был большой интерес зрителей. Сначала меня попросили читать новости вместе с коллегой, Азатом Ибрагимовым. Но потом директор мне сказал, что это «не мое», и мне стоит начать делать свои авторские передачи. Так я стала главным редактором вторника, за сетку которого отвечала: и за подбор клипов, и за рекламные вставки, и за информационные передачи, которых я вела аж по три в день! Коллеги отвечали за другие дни недели. Это было необычайно трудно, но интересно, так как мы работали в связке с операторами, звукорежиссерами, корреспондентами, публикой. Приезжали на работу к 10 часам утра, а уезжали часто за полночь. «Толпар» просуществовал недолго, но многим он запомнился своим свободомыслием, новизной концепции.

- Можете припомнить яркие моменты в работе?

— Было немало курьезных моментов, так как профессионалов среди нас было мало. Например, однажды перед эфиром одного моего коллеги раньше времени включили камеру в то время, как тот усиленно пудрился, и вся Башкирия могла это лицезреть. Во время моего эфира в студию забрёл кот, залез на стол и стал тереться об мою руку. Чтобы не сорвать эфир — а мы тогда не работали в записи, все в прямом эфире! — пришлось продолжать, поглаживая кота. Конечно, такое не забывается.

- Какие авторские программы Вы вели?

- У меня была авторская вечерняя программа «Рандеву» — встречи с интересными людьми. Этот формат был тогда новшеством для нашего телевидения. Я приглашала в эфир абсолютно разных людей, разных профессий и интересов. Чуть позже круг охвата немного сузился, и я начала готовить программу «Импровизация», посвященную художникам Башкортостана. Почти со всеми известными художниками республики, о которых тогда писали и сегодня пишут, я поработала, записала свои первые передачи, в том числе с Расихом Ахметвалиевым, Игорем Тонконогим, великолепной арт-группой «Чингисхан», замечательными скульпторами, мужем и женой Таранами, Гузель Галиевой и другими. Тогда было очень много интересных, творческих людей, время было такое, что будоражило, подталкивало к свершению чего-то нового.  

Что касается третьей передачи, она называлась «Прикосновение к непознанному», и я тогда осмелилась было затронуть тему сверхъестественного, уфологии, параллельных миров, сверхспособностей — всего, что было не познано, да и сейчас не стало яснее. Передача, очевидно, была по нынешним понятиям несколько наивной и не хватало чисто технических средств для того, чтобы снять ее ярко и незабываемо. Но беседы в студии были очень интересными и привлекали множество зрителей. Готовя ее, я отыскала такую неординарную фигуру, как Александр Иванович Наймушин, который впоследствии стал на «Толпаре» вести свою авторскую серию программ. Все это тогда было в новинку, всего этого было не найти на официальных каналах, поэтому рейтинги передач были очень высокие.  

В самом журналистском коллективе телеканала «Толпар» было не меньше самобытных лиц. Это операторы Рим Зайнуллин, Эмиль Киреев, журналисты Юлия Акчурина, корреспондент Ольга Нилова, видеооператор Олег Купцов,  Юнир Азнабаев, Динара Шамсиева, Ирма Прахина, Лейла Бикчентаева и другие. Начинающий тогда корреспондент Алина Сулейманова, которая там же познакомилась со своим будущим мужем Эрнестом Хайруллиным, ныне — замглавы администрации Уфы, курирует культуру и СМИ, а Эрнест много лет работает на муниципальном телеканале «Вся Уфа» и БСТ. Всех вспомнить и перечислить невозможно, но это был великолепный коллектив, с теплыми дружескими отношениями внутри и царящей атмосферой творчества повсеместно. Это было то, чего не хватало тогда на официальном башкирском телевидении. Наш канал был по-настоящему домашним, приходил в каждый дом, приносил с собой очень современную музыку, много клипов, которые до этого люди ещё не видели.  

В целом это было довольно смелое телевидение. У нас был простор для фантазии и стремление привлекать к созданию передач «свежих лиц», суперспециалистов в своей отрасли. Например, когда родилась идея программы  на тему предпринимательства, которое тогда, в 1990-х, только зарождалось и многое было в новинку, то делать серию передач «Малый бизнес сегодня» была приглашена собкор издательского дома «КоммерсантЪ» Гульчачак Ханнанова. Таков был подход и к другим темам.

- Что теперь стало с «толпаровцами»?

- К сожалению, когда «Толпар» закрылся,  коллектив  постепенно «разбрёлся» кто куда. Операторов разобрал ГТРК «Башкортостан», многие уехали в Москву. Гузель Киреева стала в Москве кинорежиссером, Юлия Акчурина — тележурналистом, Рамиль Гатауллин и Артур Валеев — журналистами различных СМИ. Многие в итоге уехали за границу, как я. Существующий сегодня в республике канал «Толпар-ТВ» – это уже совсем другое телевидение, объединяющее телестудии муниципальных районов Башкирии. Я нашла себя в рекламе, несколько лет работала в издательском доме «КоммерсантЪ», мы выпускали спецпроекты, развивали уфимскую страницу этого издания. Это тоже был для меня очень интересный опыт, который позволил познакомиться с первыми успешными бизнесменами в республике, открыть немало нового, понять тенденции и процессы в маркетинге и бизнесе.

- А как же «уроки французского»?

- Прежде чем прийти на «Толпар», я немного преподавала французский третьекурсникам пединститута, давала им фонетику французского языка. Потом преподавала язык в уфимской школе №40. Это была интересная работа. Потом, с журналистикой, я  как-то от неё отошла, французский забросила, но любовь к Франции всегда оставалась в моём сердце. Поскольку мной было прочитано много французской классической литературы, я жила мыслями о Франции, мне казалось, что всё написанное в книгах — примерно так и происходит на самом деле в этой стране. Поэтому когда произошло мое знакомство с будущим мужем, все получилось очень органично. У меня к тому моменту была уже взрослая дочь Адель, первый брак за плечами, немалый профессиональный и жизненный опыт. Адаптироваться к новой реальности удалось легко: я приехала и сразу же влилась в новый для себя европейский строй жизни, будто ничего и не меняла. Первое время, выйдя замуж, я, конечно, сначала занималась семьёй.

Потом стала переводчицей во Дворце правосудия Парижа. Меня направляли брать интервью у людей, которые находились за решёткой, в тюрьмы, с адвокатами на процессах. Это был совершенно новый опыт. Затем я преподавала французский русским, которые приехали жить во Францию без языковой базы, и наоборот — русский язык французам. Мне встречались очень  интеллигентные французские дамы в возрасте, далёком от бальзаковского, интересовавшиеся творчеством Толстого, Пушкина и поэтому желавшие узнать русский язык. Конечно, в силу возраста он им тяжело давался, но всё-таки я старалась преподавать как могла, пытаться переводить им поэзию. Это тоже был интересный опыт.  

В последнее время я вновь почти все время посвящаю семье: у меня появилась драгоценная внучка Виктория, с которой я занимаюсь, поскольку моя дочь работает и у нее нет на это много времени. Жизнь стала пробегать так день за днём, и вот уже 11 лет, как я здесь. Мы жили сначала в Париже, потом уехали на север страны, живём в 10 минутах от океана. Здесь совершенно другая атмосфера жизни, деревенская, провинциальная, поют петухи. Утром просыпаешься от пения птиц, ходишь на море смотреть закаты или наблюдать штормы — своего рода медитация.

Не там ли начали писать картины?

- Да, действительно, как-то, гуляя по дюнам, вдруг захотелось взять в руки кисть — до этого я только была знакома с художниками, делала с ними передачи. Я посоветовалась с Расихом Ахметвалиевым, который сам долго жил в свое время во Франции, сказала: «Послушай, Расих, у меня ни базы нет, ни школы, ничего». Он мне ответил: «Эльза, как ты чувствуешь, так и пиши. Не надо идти учиться в школу, пусть у тебя будет интуитивная живопись». Так  и пошло. В основном я пишу море, океан. Не обязательно северное — и Средиземное, южные моря. Очень люблю цветы.  Они мне не всегда удаются, но всё-таки я их люблю рисовать. За портреты не бралась, это мастерство, наверное, постичь слишком сложно. Всё же остаюсь в своей любви к пейзажу.  Занимаюсь садом, немножко пытаюсь сажать что-нибудь, много рисую и надеюсь на новые открытия.

- Трудно ли россиянину адаптироваться к жизни во Франции? Эта страна считается самой терпимой к мигрантам.

- Адаптации русского человека во Франции — вопрос довольно сложный, поскольку многие приезжают почему-то без элементарного знания французского языка, и начинается очень длительный процесс его изучения. Я изучала и культуру, и язык задолго до приезда, поэтому мне смена режима жизни не доставила больших сложностей. Правда, со временем и я стала чувствовать, что менталитет русского и французского человека всё же разный, даже на бытовом уровне. У нас в России, что бы ни говорили, люди более душевные, более открытые, более компанейские. Здесь каждый живёт в своём мирке, своим домом. Взаимоотношения между мужем и женой строятся на равноправных отношениях, то есть считается, что бюджет должен пополняться как женой, так и мужем — нет такого понятия, что мужчина должен содержать семью, как в России. Дети здесь очень рано взрослеют. Уже с трёх месяцев их отдают в детские сады, родители работают допоздна. Приходят только покормить, уложить спать, но по субботам и воскресениям, надо отдать должное, занимаются с ними. Дети рано уходят из семьи, уже лет в 18 многие становятся совершенно самостоятельными.

Что я заметила здесь особенно: Франция — страна, где нужно постоянно учиться. Для того, чтобы получить какую-нибудь профессию, недостаточно нашего русского диплома. Он здесь не котируется и очень редко оценивается, особенно медицинский, юридический. Тут надо дополнительно учиться.  Мне в моём возрасте «за 40» пришлось даже пойти на трёхмесячные курсы английского языка, которого до этого я вообще не знала: понадобилось для потенциального работодателя. Он необходим, если вы хотите работать, например, в отеле или в туристической сфере. В Париже найти работу, пожалуй, легче, чем на провинциальном севере.

- А как оцениваете французское телевидение? С точки зрения профессионала, есть ли общее с российским экраном?

— В программе телевидения тут много сетевых, аналогичных российским передач. Это такие «кальки», как «Голос», «Голос. Дети», «Танцы со звёздами» и другие. Есть, правда, и специфические передачи, чисто французский юмор или острые политические передачи, которых в России по определению нет. Но, что касается российского телевидения, всё же считаю, что оно более содержательное, наши ведущие и журналисты-девушки — самые красивые, и одеты стильно. Здесь же можно увидеть ведущую в джинсах и майке, хотя, казалось бы, Франция –законодательница моды. Видимо, времена меняются и стандарты тоже.  

  Тут очень мало передач на тему здоровья,  и люди довольно безграмотны в плане медицины и гигиены.  Поэтому сейчас, в этот сложный период по телевидению стало очень много обращений-роликов о том, как надо мыть руки, соблюдать личную гигиену. В России же  на каждом канале давно можно найти такие передачи, некий медицинский ликбез для граждан. Поэтому, думаю, люди более просвещены в этом плане.

- Есть ли у Вас девиз в жизни?

- Всегда придерживалась французской пословицы: L’homme est l’artisan de sa propre destinée “- «Человек — автор своей собственной жизни». Так и у меня: получилось из моей жизни то, что получилось! Можно было бы сделать больше, но... Время летит со скоростью света.

Ангелина Курсанова
Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или
Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке"
Читайте нас в Яндекс.Новостях
Читайте также
Лонгриды
закрыть