Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 64.43

EUR 72.69

17 июня Понедельник

Уфа   °

Президент «Корпорации Уралтехнострой» Олег Аминов: «Самое главное – это люди»

УФА, 21 май 2019. /ИА «Башинформ», Галина Бахшиева/.

Башкирская «Корпорация Уралтехнострой» – одно из ведущих предприятий России, производящее оборудования для целого ряда отраслей ТЭК, – отмечает в этом году свое 25-летие. Предприятия, входящие в состав корпорации, производят не только емкостное, колонное и теплообменное оборудование для нефтепереработки, нефтехимии и металлургии, но и поставляют высокотехнологичное оборудование для нефтегазовых месторождений. О том, как создавалось предприятие и каких принципов оно придерживается в работе, рассказал президент «Корпорации Уралтехнострой» Олег Аминов.

– Девяностые – время, когда многие ушли в торговлю. Вы же, наоборот, занялись производством нефтегазового оборудования. Что послужило отправной точкой?

– Я всю жизнь проработал в нефтяной промышленности. Начинал со слесаря, а закончил топ-менеджером нефтедобывающей компании. А началось все со злости. С развалом Советского Союза все вдруг резко начали покупать всё импортное и за большие деньги, несмотря на то, что в стране остались заводы, конструкторские бюро. Это меня очень злило.  

Отправной точкой послужило то, что одна маленькая нефтяная компания из Нижневартовска, в которой я тогда работал, купила в Англии за 15 миллионов фунтов стерлингов блочную установку по подготовке нефти, да еще и бывшую в употреблении, как потом выяснилось. Оказывается, она шесть лет проработала в Северном море, потом ее подкрасили и нам отправили.

Ради интереса сел и начал считать, а сколько бы она стоила, если бы мы сделали такую же сами? И получилось, что максимум 1 миллион долларов (даже не фунтов стерлингов!). Предложил руководству заказать такую же в России. Мне ответили, что ничего не выйдет, в нашей стране это сделать не могут. Хочешь заниматься производством – занимайся, только не у нас, но мы тебе поможем. И я ушел…

– Почему вы решили основать свою компанию в Уфе?

– Я родился в Башкирии, а потом наша семья переехала на Север. Но главное не это. Уфа была и остается сегодня центром нефтяной науки и нефтяного машиностроения. Уфимские проектные институты в свое время очень много что спроектировали для освоения всей Западной Сибири.

– В чем заключалась ваша идея?

– Создать компанию, которая бы выпускала высококачественное блочное оборудование максимальной заводской готовности. Основное преимущество модульного оборудования – меньше затрат на строймонтаж. Согласитесь, собирать оборудование по частям в жару, стужу, где-то в болотах, когда кругом комарьё – очень непросто. Другое дело, когда ты покупаешь, условно говоря, готовые кубики и просто складываешь их. Твоя задача только соединить их между собой, ничего пилить, подгонять не надо.

В Тюмени были попытки сделать модульное оборудование, но дело не пошло. Так что мы – первая в России компания, которая начала выпускать блочное оборудование для нефтедобычи. Это были 1994 – 1995 годы.  

– Кто был ваш первый заказчик?

– Это была маленькая нефтяная компания из Ноябрьска, заказавшая нам блочный автоматизированный сепарационный комплекс по отделению нефти, воды и газа. Мы делали ее почти полтора года, и она до сих пор работает сейчас в Тюменской области – в Нижневартовске.

Отмечу, что по комплектности или по своим возможностям наша первая установка была в два раза больше той, английской. Она была в два раза мощнее, а стоила при этом 800 тысяч долларов.

Поскольку мы начинали с пустого места, то практически всё ушло на оснащение. Вся наша команда – это технолог, конструктор, КИПовец и я. Сначала мы проектировали, сам проект занял почти полгода. Затем – стадия различного рода согласований. Потом мы арендовали помещение, приняли новых сотрудников, нас стало уже более 20 человек, и начали собирать свою первую установку.

Потом к нам посыпались и другие заказы: второй, третий, четвертый. В нефтяной отрасли, как в банковской сфере, все друг друга хорошо знают. Так всё и закрутилось.

– Неужели всё было ровно, без преград и сложностей?

– Конечно, нет. 90-е годы были очень тяжелые. При этом отмечу, что наши сотрудники всегда получали на порядок больше, чем в среднем по городу, но бывали времена, когда мы не получали зарплату по четыре-пять месяцев. Ситуация, когда нам должны деньги за выполненный заказ, а не платят. Говорят, подождите немного. К примеру, я с семьей из четырех человек жил на мамину пенсию. И так жили многие из наших сотрудников.

Был момент, когда заказов не было вообще, и если бы не заключили контракт с компанией из Казахстана, то через неделю я был бы вынужден закрыть компанию.

– Что из себя представляет «Корпорация Уралтехнострой» сегодня? Сколько работников насчитывается в штате?

– Наши предприятия охватывают весь цикл: от проектирования до производства и непосредственно запуска. Мы же еще и обучаем, у нас очень хорошая группа пусконаладки. Всё отлажено, всё в одном месте – в одной корпорации. Это удобно и выгодно всем.

Наше самое крупное предприятие находится в Туймазах. Здесь трудится порядка 900 сотрудников. Еще два предприятия, на которых работают более 300 человек, расположены в Уфе. Плюс, у «Уралтехностроя» есть свои проектные бюро в Уфе, Туймазах и Пензе. Около 150 проектировщиков и конструкторов трудится на данный момент над различными проектами.

Оснащая свои производства современным оборудованием, мы не гонимся за как можно большим количеством сотрудников. Важно создать условия, чтобы человек сделал больше, и самое главное – максимально качественно.

– Что вы производите сейчас?

– Мы работаем, в основном, на нефтяную, нефтегазоперерабатывающую промышленность. К примеру, наша дочерняя компания – «Уралтехнострой-Туймазыхиммаш» – выпускает емкостное оборудование, применяемое в нефтедобыче, нефтепереработке, нефтехимии, а также при производстве цемента. К примеру, сейчас в Туймазах работают над созданием установки весом 280 тонн.

Оборудование, производимое «Корпорацией Уралтехнострой», не является серийным. Каждый проект уникален и разрабатывается индивидуально. Всегда принимаются во внимание определенные условия эксплуатации и требования заказчика на основе базовых вариантов с возможностью их изменения для конкретного месторождения.

– В чем ваше главное преимущество перед конкурентами?

– В первую очередь, в качестве и, как я уже говорил, в уникальности. Плюс -  в инновационности и сроках исполнения.

Не могу сказать, что наша продукция дешевле, чем у конкурентов. Качество не бывает дешевым. Это эксклюзив, гарантированное качество оборудования. У нас контролируется все, начиная от производства до пусконаладки, потому что вопрос качества всегда только на первом месте.

– В каких регионах используется оборудование «Уралтехностроя»? Каков объем ежегодного производства?

– Продукция «Корпорации Уралтехнострой» широко используется в крупнейших нефтегазодобывающих регионах России, странах ближнего и дальнего зарубежья. Среди наших заказчиков – «Роснефть», «Газпром», «Лукойл», «КазМунайГаз», «Жаикмунай» и другие большие и маленькие компании.

Если говорить об объемах выпускаемой продукции, то ежегодно мы только прирастаем. Так, в прошлом году мы суммарно выпустили продукции более чем на 4 миллиарда рублей.

– Расскажите о своих самых последних разработках.

– Одна из наших очередных крупных, инновационных разработок – это создание рентгеновского мультифазного расходомера «Урал-МР». Он будет представлен на открывающейся 21 мая в Уфе 27-й международной выставке «Газ. Нефть. Технологии». Расходомер позволит в режиме онлайн определить содержание в добываемой эмульсии воды, газа и нефти, а также с погрешностью всего в 1% вычислить, сколько было перекачено за любую единицу времени – за минуту, час, сутки, месяц.

Напомню, сейчас сдают нефть по узлам учета с погрешностью 5%.  Так, если, к примеру, компания ежесуточно добывает 10 тысяч тонн нефти, то при ее сдаче при существующей погрешности в 5% останутся неучтенными поступившие в трубопровод 500 тонн. Это немало.

Прибавьте к этому то, что с расходометром «Урал-МР» больше не понадобится ничего сепарировать, не ждать потом сутки результатов анализов, всё только онлайн, и вы поймете, как велика будет востребованность нашего расходомера на рынке. Можно сидеть в любой точке мира и управлять им удаленно. Все, что требуется – это привезти и установить расходомер на нефтяное месторождение.

Точно таким же образом можно и природный газ подсчитать.

– Как давно вы работаете над этим расходомером?

– Мы занимаемся им уже третий год. На сегодняшний день заводские испытания закончены. Будем сертифицировать и проводить полевые испытания в одной из нефтяных компаний.

Аналогов нашей установке в России и мире нет. При этом 75% ее комплектующих будет производиться в России. На мой взгляд, это очень важно.

– Оглядываясь назад, в 1994 год: что для вас осталось неизменным?

– Самое большое богатство – люди. Наша компания – это своего рода школа. Иногда бывает обидно: сотрудники, которые приходят к нам из института, растут здесь, набираются опыта, потом уходят и создают свои компании. С одной стороны, обидно, а с другой – гордость: значит, здесь, у нас, он чему-то научился и дорос до того, чтобы создать что-то свое.

И второе: за 25 лет, из ничего не значащей, на пустом месте созданной маленькой компании «Уралтехнострой» вырос до всемирно известной. Как я уже говорил, нас хорошо знают и пользуются нашими услугами далеко за пределами России. Это тоже дорогого стоит.  

Я горжусь людьми, которые у нас работают. Это замечательные специалисты, настоящие профессионалы.

Взять, к примеру, генерального директора «Уралтехностроя» Сергея Антипина. 15 лет назад он пришел к нам после института. А у нас строгое правило: после института полгода человек должен побыть рабочим.  

Он поработал полгода, ему говорят: «Все, можешь работать мастером». А он в ответ: «Нет, можно я еще годик поработаю, чтобы все понять».

Сегодня он – генеральный директор. Все ведущие специалисты «Уралтехностроя» – главный технолог, ведущие технологи – пришли к нам после института, все начинали с нуля. У нас такая практика и она сохраняется и по сей день.  

– Как вы думаете, что главное для производственника?

– Не стоять на месте, иначе погибнешь. Двигаться вперед, вперед и только вперед. Понятно, что не всегда получается то, что мы разрабатываем. Всегда есть определенный риск, что какая-то продукция может не пойти.  Поэтому только методом проб, ошибок и, конечно, веры в себя и собственные силы можно добиться успеха.  

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или
Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке"
Читайте нас в Яндекс.Новостях
Читайте также
Лонгриды
Новости партнеров
закрыть