Молния
До выборов Главы Республики Башкортостан осталось

Рафаэль Султанов - «наш человек» в Силиконовой долине

УФА, 23 дек 2019. /ИА «Башинформ»,  Ляйсан Юмагузина/.

С уроженцем башкирского города Салавата Рафаэлем Султановым довелось познакомиться случайно, через «друзей друзей», найдя его контакт в российском сообществе Соединенных Штатов. Оказалось, что он, уехав из республики много лет назад, стал ИТ-предпринимателем супер-класса, автором одного из самых удачных стартапов в Сколково и одним из успешных деятелей легендарной Силиконовой долины. Его разработка — мобильное приложение IВuildАpp – работает сегодня во всех уголках мира. О том, как складывалась судьба нашего земляка,  мечтавшего о Силиконовой долине с юности и осуществившем свою мечу, наш разговор.

- Давай начнем издалека, Рафаэль. Расскажи о себе, о семье, о жизни в Башкирии...

− Я родился и вырос в Салавате, мама у меня там живет до сих пор. Отца практически не помню: родители развелись, когда мне было всего три годика. Мама работала инженером по технической подготовке, закончила салаватский техникум, сейчас уже на пенсии, ей 73 года. Возможно, от нее с детства мне передался интерес к технике. Когда мы переехали в Уфу, с 6 класса я начал заниматься в кружке радиоэлектроники. С 14 лет подрабатывал на заводе учеником слесаря контрольно-измерительных приборов. Потом поступил в Челябинский политехнический институт, на факультет автоматики и телемеханики. Отслужил в армии и поступил еще в один университет — в уфимский авиационный, на факультет информатики и компьютерной техники, закончил его в 1996 году.

Еще во время учебы, в начале 1990-х годов, когда все рванулись в бизнес, решил открыть свое дело – организовал студию звукозаписи. Спустя три года это была уже сеть, крупнейшая на Урале. Открыл и свой первый маленький IT-отдел, начал думать, как использовать свои познания в программном обеспечении. Это был период, когда цифровая экономика в России еще только-только зарождалась, и поле деятельности для дальновидных разработчиков было необъятным.

Но дальше, в «лихие 1990-е», кислород перекрыл финансовый кризис. Я уехал из Башкирии и из России в 1999 году, когда в России он был в полном разгаре. Курс рубля тогда рухнул, многие предприятия разорились, перспектив особых не было видно, и я решил поехать учиться в Соединенные Штаты, потому что давно мечтал о Силиконовой долине, стремился туда попасть целенаправленно. С моим компьютерным образованием мне это всегда было интересно. Друзья посоветовали взять грант и пройти обучение компьютерной науке в университете Северной Каролины UNC в городке Chapel Hill.

− Ехал в США на «пустое место» или к уже раньше обосновавшимся друзьям, родственникам? Удалось ли поступить?

− Хотел поступить на MBA, на тот момент это было очень популярно и открывало двери в большой бизнес. Поступил на эту программу в тот самый университет  UNC, входящий в мировом рейтинге в Топ-15. Надо было там учиться два года, но я поступил и...  учиться не стал. Нужны были деньги, и я  вынужден был устроиться работать программистом, потому что, действительно, ехал в Штаты на пустое место, с парой тысяч скопленных долларов в кармане и учебной визой. Разрешения на работу не было, знания английского языка не было, из друзей никого вообще, даже телефона не было – не разрешали тогда по студенческой визе иметь местный телефонный номер!

Можете себе представить, каково было. Я спал по шесть часов, сутками подрабатывал программистом, пока через несколько месяцев не получил уже рабочую визу и смог легально снимать жилье. Приходилось выживать «с нуля», жестко. Некоторые друзья, которые так же, как и я, снимали комнату, делили ее и по очереди ночевали в парке, когда надо было перебиться как-то несколько дней. Однажды, рассказывали, подошел негр с ножиком кривым, накаченный наркотиками. «Убирайся, — говорит. — Это моя скамейка, я здесь сплю!». Так что, было всякое и поначалу было, конечно, тяжело. Но через год или два все сложилось: я устроился на стабильную работу, овладел языком, появились друзья. Обосновались в Сан-Франциско. Потом, где-то в 2001-2002 годах, сделал свой первый стартап.

- Программный продукт?

− Это был конкурент крейгс-листа, сайта объявлений. Набрал команду в России и маленький отдел в Сан-Франциско. Написали программное обеспечение. Я работал тогда часов от 96 до 105 в неделю, наверное, в то время как нормальная рабочая неделя составляет 40 часов. Спал несколько часов, а остальное время все работал, без выходных. Но опыт был неплохой, мы сделали огромный проект. К сожалению,  инвесторы тогда подвели. Я решил уйти, отдать им проект, чтобы не ссориться. А вторую попытку решил предпринять в Сколково.

В Сколково? Это живя в США?

− Да, и в этом нет ничего удивительного. Несмотря на то, что я проживаю на территории США, мой стартап по сей день позиционирует себя как «Russian production», а основная команда разработчиков находится во Владимире.

Второй мой проект мы сделали и продолжаем модифицировать, начиная с 2003-2005 годов. Он стал уже по-серьезному успешным стартапом. Разработанный мной и членами моей команды программный продукт я назвал iBuildApp, что дословно переводится и расшифровывается как «Я строю приложение». На тот момент это была настоящая инновационная революция — мы создали сервис, воспользовавшись которым, любой человек, даже не обладающий специальными техническими навыками, может просто запустить визуальный конструктор и из готовых модулей создать свое собственное приложение, наполнить его собственным контентом.

К этой идее я пришел в ходе нашей работы на аутсорсинге для различных компаний, для которых мы с 2001 года разрабатывали самое разное программное обеспечение. Понял, что многим компаниям не хватает простого доступного инструмента для того, чтобы начать свою жизнь в онлайне, научиться представлять в интернете свою продукцию. Идея оказалась очень своевременной, потому что попала в пик начала развития рынка мобильных приложений.

- Сейчас ведь уже появились другие платформы, которые позволяют создавать приложения? Как минимум, полдюжины разработчиков...

− Они появились позже, а на момент создания наша идея не имела аналогов в мире. Наш конструктор оказался важен, в первую очередь, для представителей малого и среднего бизнеса Северной Америки и Западной Европы, которые очень активно используют медиаконтент для продвижения своих услуг или продуктов, для маркетинга. Помимо простоты использования, удобным оказалось то, что мы фактически стерли границы между платформами iOS и Android, так что пользователю больше не нужно было заботиться о том, на какой платформе и для каких типов гаджетов делать приложение — для Iphone или Samsung. Наш конструктор, рассчитанный на любые устройства, поддерживающие HTM-файлы, стал одним из лидерв отрасли технологий diy («Do it yourself»).

Познакомившись с разработкой, IT-кластер «Сколково» наградил наш проект «Золотым яблоком» и премией «Стартап года — 2011» в номинации «Лучшая технология». Обещали дать и грант на дальнейшее развитие проекта, но, к сожалению, обстоятельства сложились так, что мы сами отказались от него. Все оказалось слишком забюрократизировано в то время, как в нашей сфере каждый день что-то меняется на рынке, каждый час появляется что-то новое! В Сколково же мы оформляли один грант на сумму около 3 миллионов долларов больше года, 15 месяцев! За это время из стадии, когда нам должны были дать 75% необходимых средств на развитие, а 25 %  вносил со-инвестор, мы успели благодаря продажам развиться так, что нам из Сколково сказали: вы уже не нуждаетесь в такой большой поддержке, и мы можем вам дать грант только на 25% суммы.

Это для нас было уже неудобно, потому что грант подразумевал, во-первых, огромную отчетность, а, во-вторых, расходы из него надо было планировать на один, два, три года вперед! В наш век, когда цифровые технологии развиваются стремительно, это нереально. Да и сумма, в конце концов, того не стоила, так что мы обошлись своими возможностями.

- Бюрократия оказалась непобедима?

− Но мы ничего особенно не потеряли. С момента запуска пилотной версии iBuildApp в 2011 году на ее базе создано уже более 230 тысяч приложений, более 60 тысяч из них опубликованы. За 10 лет клиентская база выросла с нуля до 120 000 самостоятельно создаваемых приложений на базе IbuildApp за год. Рост количества уникальных пользователей сайта, на котором рассказывается об этой технологии, — от 100 до 300% ежемесячно, это 2.5 миллионов уникальных посетителей в месяц. Ежедневно сайт посещают до 150 000 пользователей интернета. В свое время мы взяли для себя целью автоматизацию типичных задач для корпоративных пользователей. А сейчас решаем задачу создания персональных приложений для не корпоративных, рядовых пользователей интернета.

Работают ли в вашей команде фрилансеры из Башкирии?

- К сожалению, нет. Еще до создания IbuildApp я открыл в США еще третью, консалтинговую  компанию по созданию и разработке софта. В ней работали в удаленном режиме программисты из России — из Ижевска, Владимира, Тулы, Воронежа. А в iBuildApp это команда  из 15-18 человек, большинство из которых работают в двух офисах — во Владимире и в Сан-Франциско. Уфа же для нас — очень неудобная часовая зона. Наверное, с Восточным побережьем, Нью-Йорком, Бостоном, Майами или Вашингтоном она совмещается лучше, но из Силиконовой долины с ней практически невозможно работать. Это 12-13 часов разницы во времени, поэтому когда у вас начинается рабочий день, у нас он уже закончился. Потом у вас заканчивается — у нас начинается... Решать текущие задачи в таком режиме  исключительно сложно.

- Можно ли оценить, какую долю ваша технология держит на рынке США?

− Некоторые эксперты говорят, что мы — ведущая компания в своей сфере по объему продаж. В денежном выражении такой позиции пока нет, но выручка сейчас растет, и среди покупателей нашего продукта есть множество очень солидных и известных компаний. Это, например, 15 американских баз Военно-воздушных сил, Государственный департамент США, штаты Миннесота, Майами, Техас, несколько десятков сот университетов. Сейчас мы перефокусируемся и идем в Азию. В Китае рынок в 4 раза больше американского. Гонконг, Тайвань и Таиланд активно наше приложение осваивают, безо всякой рекламы, при том, что у нас даже нет ни китайской, ни тайской версии.

А Россия? Когда американским правительством были введены санкции в отношении России, а нашей страной — контрсанкции, сказалось ли это на вашем бизнесе?

− Нас санкции никак не касаются, мы не занимаемся политикой. В России наша технология востребована не меньше, чем в США. Так, ее использовал Сбербанк, который провел конкурс мобильных приложений на базе нашей  платформы в рамках Сочинского экономического форума. Самая свежая версия IBuildApp есть на одноименном сайте, в русской версии в том числе. А вообще — в первую десятку продаж нашего приложения входят США, Россия, Великобритания, дальше идут Мексика, Тайвань, ЮАР, Колумбия, Тайланд, ОАЭ и Австралия.  

- Как думаете, реально ли создать Силиконовую долину или ее филиал в Башкирии?

− Наверное, для этого, в первую очередь, нужны кадры хорошие. Нужны заказы на разработку тех или иных продуктов. Силиконовая долина — это, прежде всего,  огромный инкубатор бизнес-идей, где разрабатывают проекты, рассчитанные на весь мир. Это и талантливые маркетологи, прóдукт-менеджеры, инженеры. Получается — многое в одном, а не просто что-то одно, не только программисты. Это сумасшедший опыт продаж по всему миру. Здесь действуют десятки тысяч компаний, несколько сотен тысяч талантливых специалистов, которые разрабатывают и продают программный продукт. Оцените сами, «по зубам» ли такое в республике...

− Не тянет назад?

− В Салавате у меня осталась мама. Я изредка приезжаю к ней. В России мои корни еще, получается, остались, в Башкирии. Первые лет пять, конечно, тянуло, как и, наверное, всех. Но потом привыкаешь, становишься «человеком мира», так сказать, путешествуешь постоянно, но и не чувствуешь себя оторванным от России, потому что сейчас у нас офис там. Собственно, день начинается так: я просыпаюсь, у меня в компьютере, на скайпе, на видеозвонках -  с утра одни и те же лица из российского офиса. Много звонков, причем много русских друзей звонит, поэтому разницы нет: в России я или здесь. Я, может, в США на видеозвонках даже чаще российские лица вижу, чем вы. А так — много и среди американцев друзей. Дети в американскую школу ходят. Соответственно, вечеринки, встречи...

А свою половинку где нашел, жена тоже из России? Дети? Говорят ли по-русски?

− Да, мы поженились еще когда я учился в университете в Уфе, на 4 курсе. Сын родился потом через год. Жена — татарка, из Узбекистана, переехала ко мне в Уфу. Сейчас детей у нас двое. Эмиль, старший, ему сейчас 24 года,  он, так сказать, сын студентов. Младшей,  Юле,  13 лет. Сын переехал с нами в Америку в восемь с половиной лет, поэтому  более или менее говорит по-русски. Дочка родилась уже в Штатах, так что — чистая американка. Она тоже говорила по-русски хорошо, чисто. У нее няня была русская до того, как пойти в детский сад и старший класс. Но в подготовительной школе у нее в основном были американцы в преподавателях, и получилось так, что она резко переключилась на английский. Сейчас понимает и даже заинтересовалась русским языком, но я сам теперь чаще говорю по-английски...

- Знают ли башкирские или татарские слова?  

− Если честно, я сам не очень их знаю, хотя мама меня учила. Все детство я провел в татарской деревне Юмангулово под Кумертау и свободно говорил и по-татарски, и по-башкирски. Но теперь... Дети — нет, не знают. Они даже русский, честно говоря, знают не очень хорошо.

Встречаетесь ли с соотечественниками? Насколько известно, в Штатах проживает немало татар и башкир...

− Тут очень много россиян в целом. Я, например, в футбол уже 15 лет играю с группой русских ребят из Силиконовой долины. У нас команда человек 30. Есть группа лыжников в фейсбуке, около 750 человек -  русские из Сан-Франциско, которые ездят в горы кататься. Ну и вообще — у меня много друзей тут русских, огромная тусовка, много народа приехало из Москвы. Из Башкирии тоже немало земляков знаю. Один земляк даже прямо из моей уфимской школы в Нью-Йорке обосновался. Так что довольно часто встречаемся, тусовки у нас тут бывают почти каждую наделю или две. В гости ходим друг к другу постоянно. Я  лично знаю, наверное, пару тысяч человек из бывших россиян, хотя друзей, конечно, меньше. До проведения сабантуя у нас, на сколько я знаю, не дошло, но в Вашингтоне есть большие группы татар, если судить по facebook, они проводят сабантуи.

Резюмируя наш разговор, какие жизненные принципы для себя выработал за прошедшие годы?

− Принципы простые: работай, честно зарабатывай деньги, путешествуй, имей друзей. Вот и всё.

Теги: земляки
Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите
Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке".

Если у вас есть новости, которые могут быть интересны агентству, присылайте ваши сообщения, фото и видео в нашу редакцию на электронную почту [email protected], в наши группы в соцсетях «ВКонтакте», Facebook.


Читайте нас в Яндекс.Новостях



Читайте также

Все новости

больше новостей



Яндекс цитирования
Рейтинг ресурсов "УралWeb"