Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 74.36 ↑

EUR 90.40 ↓

23 января Суббота

Уфа   °

Лидер группы Via Сhappa Илья Тавлияров: «Не вижу смысла баттлиться с молодыми рэперами»

Группа Via Chappa в настоящее время работает над юбилейным десятым альбомом. Корреспондент «Башинформа» Розалия Валеева пообщалась с солистом Ильей Тавлияровым о новом альбоме, современной музыке, творчестве и увлечениях.

Про поклонников

- Ваша музыка качественная, но не для всех. Ценны ли ваши поклонники?

— Очень ценны! Я больше половины из них знаю лично. Мне звонят ребята из Казахстана, с Украины, из регионов. Поздравляют с днем рождения, с праздниками. Смотрят наши трансляции. Было бы хорошо, если бы было больше поклонников, я сказать не могу. С одной стороны — хотелось бы, с другой, это значит терять их ценность. Музыка – она не для всех, она больше богемная, для людей, которые понимают толк, могут отличить «модно» от «стильно», «красиво» от «изысканно». Не хочется показывать, что мы не для всех, но так получается. У людей, которые понимают нашу музыку, достаточно внутреннего вкуса.

- Сейчас на остановках стоять бывает невозможно. Из динамиков доносится просто «нечто». Не считаете ли Вы, что это просто опасно для слуха? Люди не воспримут ни симфонию, ни другую качественную музыку.

— Это очень глубокий вопрос. Я убежден, что искусство, культура, образование в любой стране – должны стоять на первом месте. Сейчас во главе угла стоит экономика – возможность заработать деньги, а потом их потратить. Из всего этого складывается сейчас культура. Сейчас говорят про культуру потребления в основном. Это то, что мы слушаем, едим, читаем. Искусство – не равно культуре. Его еще нет в культуре. Люди искусства сейчас не могут оказывать влияния на культуру. Более того, они в свое время прогнулись под общество. Также и образование не равно грамотности. Образование – это воспитание личности. А личность должна понимать искусство. Вот и три главных вещи, которые должны стоять во главе угла: искусство, культура, образование. Сейчас не хватает силы искусства, поддержки искусства, чтобы оно повлияло на культуру, привило культуру нынешнему обществу.

Про возраст

- Вам недавно исполнилось 48 лет. Ощущаете свой возраст?

- Ох... (вздыхает). Я ощущаю себя моложе и немного этого боюсь, ведь мне нравится нынешнее состояние – гораздо больше спокойствия и позитива приносит мой возраст. Говорят, крайние изломы происходят в период от 35 до 42 лет. И кризис среднего возраста происходит именно в этот период, а не в 26-28. Когда идет переоценка ценностей, когда ЕСТЬ что переоценивать. В молодости есть ощущения, а оценивать нечего: не прожито еще ничего. А когда внешнее входит в диссонанс с внутренним мироощущением, возникает кризис. У кого этого не бывает — счастливые люди, и их очень мало.

- Нет ли разочарования в маркетинге, которым вы много лет занимались?

— Разочарования нет, но и желания возвращаться в эту область тоже не возникло. Маркетинг — это зло. Под ним скрывают в некоторых случаях ошибки менеджмента, который не может по-человечески сделать, а потом выдумывает акции, чтобы что-то продать. В некоторых случаях под маркетингом скрывается жадность, когда можно что-то сделать плохо, а продать много и дорого. В этих случаях маркетинг однозначное зло. Он только в одном добро — когда выясняются потребности человека и под них создается продукт. Но для того, чтобы понимать потребности не обязательно быть маркетологом. Понятно, что люди хотят есть, очевидно, с этим можно что-то сделать. При социализме, например, это решалось строительством типовых столовых — потребность удовлетворялась.

- Помогают ли знания маркетинга продвигать свой аудиопродукт?

- Я знаю, как это делать, но не хочу этим заниматься. Я хочу делать «продакт» — создавать продукт. В конечном итоге, через десять лет будут слушать то, что хорошо, вкусно, талантливо. В музыке это альбом — концептуальное, законченное, аудиовизуальное произведение. Альбом — это не сборник песен и не компиляция композиций. Песни для альбома имеют какой-то смысл. Каждая из них имеет свой, и все песни и даже их расстановка. Это и называется концепция. Я люблю включить альбом и прослушать его полностью. А есть люди, которые постоянно переключают с композиции на композицию.

- Вы долгое время сотрудничаете с Вероникой Муртазиной. В чем ее «особость»?

— Отношение к качеству, жесткая самокритика, когда творец не позволяет себе работать спустя рукава. Гармоничность, что позволяет формировать звучание. Ну и талант, само собой!

Про новый альбом

- Какой музыкальный материал лег в основу юбилейного альбома?

— Когда мы работали над альбомом «Yeah, boy!» (2019), стали появляться новые мысли о музыке. И еще не успели выпустить весь альбом, но уже имели определенный материал на руках, задумки, музыкальные зарисовки, какие-то фрагменты. Мы с ребятами уже четко понимали, что хотим сделать. Это посвящение всем уфимским музыкантам, которых мы ценим и уважаем. И мы с ребятами хотим, чтобы об этих музыкантах знали, их помнили, ценили их талант, творчество.

В первую очередь я говорю о джазовых и фанковых музыкантах Уфы. Я прекрасно понимаю, какой это высокий уровень. Много где и кого я слышал. Так, как играют наши музыканты — это большая школа. Многие говорят что Уфа – это вторая Атланта, рэп и всё прочее. Кто-то говорит, что Уфа – это город рока. Группа «Люмен» — да, Земфира и Шевчук не совсем наши люди: они выходцы из Уфы, но уже не уфимцы. Мало кто говорит и об оперных певцах, и о классических музыкантах. Наши оперные певцы, Абдразаковы, например. Владислав Муртазин. А уж говорить о тех людях, которые играют в оркестрах — может быть их мало кто знает по именам и фамилиям, но именно они создают музыку. Я считаю, Уфа – это один из крупнейших музыкальных центров России и СНГ, среди стран бывшего Советского союза. И все это благодаря людям, которые работают и творят здесь.

Очень надеюсь, что осенью пластинка будет готова. У нас был большой перерыв, связанный со всем известными весенне-летними событиями. Но музыканты не могли работать в студии не из-за ограничений в передвижении, а из-за недостатка времени, его стало меньше. Почему? Потому что музыкантам на хлеб приходится зарабатывать по-другому. Это связано с музыкой, но это не наши концерты. Сейчас у нас нет возможности зарабатывать деньги так, как мы это делаем профессионально. Приходится затрагивать какие-то смежные направления. Например, одни мои знакомые устроились звукорежиссерами на разные ТВ-каналы, другие продолжают работу на предприятиях, где раньше работали. Я работаю в сфере образования.

- Чем конкретно вы в ней занимаетесь?

- Я работаю в творческой лаборатории архитектурно-строительного колледжа. Со студентами проводим различные мероприятия, создаем студенческую радиостанцию. Я помогаю ребятам раскрыться на сцене. Это считаю образовательной работой с точки зрения формирования личности. Много общаюсь с ребятами и руководителями нефтяного университета. Мне приятно, что некоторые вещи мы делаем вместе. Это очень хороший опыт.

— Вы увлекаетесь ремонтом старой радиотехники. Как дела с музеем?

— Сейчас у меня в музейном фонде собрано более 20 единиц отечественной аудиотехники. Первый магнитофон, который попал ко мне в руки — уфимский, выпускало его наше УАПО. Я сначала не хотел его ремонтировать, не люблю кассетники, но я его сделал. Полностью своими руками. Он заработал. Занимаюсь ремонтом в основном ночами, времени днем не хватает. Я хочу внести свой вклад в современную музыку: буду дарить отремонтированную технику музыкантам. Уже есть договоренность с архитектурно-строительным колледжем, лицеем №60 — в сентябре сделаем первые недельные выставочные экспозиции — привезем катушечные магнитофоны, кассетники, усилители, колонки — причем все это действующее и рабочее. И можно будет с аппаратурой поработать: записать голос. И я готовлю лекцию об аналоговой технике. Мне хотелось бы, чтобы все это получило вторую жизнь.  

  

- Планируете ли повторить опыт с предыдущим альбомом, издав его на физических носителях?

— Да, 10-й альбом также будет на магнитных носителях: кассетах и катушках, на компакт-дисках. И, конечно, мы сделаем виниловые пластинки. Пластинки и кассеты с предыдущим альбомом раскупили в течение двух месяцев, из чего можно сделать вывод, что нужно увеличить тираж, но это всегда упирается в деньги. Посмотрим. Сейчас не лучшее время, чтобы раскидываться, будем концентрироваться. Тогда и сейчас нам финансово помогают поклонники, мы объявляли сбор на платформе Planeta.ru, он продлился до весны 2020 года. Нам удалось собрать нужную сумму, и для нас это значит, что наше творчество кому-то нужно.

- Как будет называться [b]альбом?[/b]

— Название альбома очень простое, оно связано с цифрой 10.

- Это хип-хоповый альбом? Он «виачаповый»?

— Он будет ещё более хип-хоповым, в сравнении даже с «Yeah, boy!». Будет больше музыки, как мы ее видим. Приходится ее всё время искать.

Про Моргенштерна

- Сможете ли выдержать баттл с Фейсом и Моргенштерном?

— Не вижу в этом потребности. Мы – разные поколения. Не хочу оценивать ребят, считаю, что любое творчество лучше, чем его отсутствие, но о художественной ценности этих музыкантов я не имею права рассуждать. Борец с шахматистом тоже не смогут побаттлиться. Это разные виды спорта.

  

- Можно ли быть полностью профессиональным музыкантом и зарабатывать этим на жизнь?

- Да, если это коллективы на бюджетном финансировании. Те, кто поют в ресторанах, уличные музыканты — тоже способны прокормить себя только творчеством. Верю, что можно быть независимым музыкантом, и не работать. Но всегда нужна меценатская, спонсорская поддержка, пожертвования на краудфандинговых платформах. Создавать произведения искусства — значит сильно на этом концентрироваться. Без поддержки общества это будет очень сложно.

  

- Вы не активны в соцсетях, несмотря на известность.

— Крайне редко я там появляюсь, занимаюсь творческой частью. Мне не о чем говорить — идет работа. У меня все нормально. Мне кажется, это банально. Я лучше спою. Хожу купаться на озеро, хожу в магазин. Зачем об этом говорить? (Вдруг Илья достает из кармана брелок, вышитый по мотивам последнего альбома). Вот, подарили поклонники на прогулке. Под каким соусом это выкладывать? Думаю, нам стоит выложить музыку, рассказать об этом в трансляции. Знаю, что в Уфе активно сообщество пишущих в соцсетях. Их я называю «Эфэйсбук».

- Почему вы не уезжаете из Уфы?

— Я долго жил в разных местах. И смогу снова это сделать, если будет нужно. Там везде — не дом, а здесь — родина. Хотя мне многое не нравится в Уфе, но всё равно я люблю этот город. А у некоторых моих соотечественников отношение к своему городу как к чему-то второсортному. Часто слышу: «Вот, у нас НАКОНЕЦ-ТО это появилось». Но какой смысл сравнивать Уфу с Казанью или Москвой? Мы казанцами и москвичами никогда не были и не будем. Ведь в каждом городе есть что-то хорошее. Надо концентрироваться на том хорошем, что есть у себя, и искоренять плохое.

 

Розалия Валеева

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или
Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке"
Читайте нас в Яндекс.Новостях
Читайте также
Лонгриды
закрыть