Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 58.89

EUR 69.42

18 декабря Понедельник

Уфа   °

Сергей Лаврентьев: Развал "Единой России" если и начнется, то не с Башкирии..."

ПОЛИТИКА

В издании "Транспортная газета" опубликовано интервью с Государственным советником при Президенте Башкортостана Сергеем Лаврентьевым. Ниже публикуем его текст:

"Ближе к концу первой декады июня к Башкирии было приковано внимание многих федеральных и зарубежных СМИ. Поводом к этому стало интервью Президента республики Муртазы Рахимова, данное газете "Московский комсомолец". В нем руководитель одного из крупнейших регионов страны высказался о деятельности верхушки партии власти — "Единой России".

Нелицеприятная критика, довольно резкие суждения башкирского Президента вызвали шквал откликов в ряде ведущих российских и зарубежных изданий. Их тональность была практически однозначной: за подобным информационным демаршем Рахимова кроется, очевидно, ухудшение отношений с Москвой.

Спустя несколько дней в Уфе проходит очередной съезд Ассамблеи народов Башкортостана, на котором руководитель региона вновь озвучивает знакомые тезисы, но уже в более глобальном формате, адресованные теперь и к официальному Кремлю. Что это: начало конфронтации с руководством страны или дальнейшее развитие темы, начатой на страницах газеты "Московский комсомолец"?

Разобраться в подоплеке происшедших в первой половине июня политических событий и прояснить позицию башкирского Белого дома главный редактор "Транспортной газеты" Азамат Саитов попытался в беседе с Государственным советником при Президенте Республики Башкортостан Сергеем Лаврентьевым.

— Признайтесь, Сергей Николаевич, ожидали ли в президентской администрации подобную реакцию Москвы на интервью, данное "МК"? Ведь, по сути, Рахимов не сказал принципиально нового из того, что он озвучивал ранее в беседах с журналистами, политиками...

— В том-то и дело, что свою точку зрения на события, происходящие в современном российском партстроительстве, Муртаза Губайдуллович озвучивал и раньше. И не только в беседах с представителями СМИ, коридорах власти, но и на совещаниях Приволжского федерального округа, заседаниях Госсовета, встречах с населением республики. Многое из того, что было опубликовано в газете, давно уже обсуждает народ у себя на кухне, кричит на стихийных митингах... Поэтому небывало жесткая ре- акция на газетную публикацию стала, отчасти, для нас неожиданностью.

Позже, после определенного анализа, мы пришли к общему мнению: степень информационного кризиса в обществе уже дошла в целом до некой точки кипения. Не секрет, что федеральные каналы и газеты контролируются в подаче подробностей из жизни "единороссов". А тут, нате вам, обобщенная картина о непростой ситуации, сложившейся в верхах партии власти. К тому же с принципиальной критикой высказался один из партийных патриархов — руководитель крупного российского региона. Естественно, что столь откровенная оценка, сделанная к тому же публично, вывела из себя функционеров "Единой России" в Москве. Такого отношения к правдолюбцам не было даже во времена КПСС!

— Но и критика, согласитесь, тогда звучала не прилюдно, а лишь в кулуарах Политбюро. Сор-то из избы не выносили. Попробовал в свое время Ельцин, будучи первым секретарем мос- ковского горкома, пооткровенничать на съезде КПСС — так ему мало не показалось...

— Это, считаю, разные вещи. Ельцин в те годы выступил против махины, каковой была КПСС.

— А что, "Единая Россия" разве сегодня не такой же монстр в масштабе страны? Разветвленная сеть партячеек по стране, стабильное финансирование, райкомы сидят на местах в тепле и сытости...

— Если со структурной схожестью, бытовыми удобствами и есть определенная аналогия у "Единой России" с КПСС, то вот по части роли и значимости нынешней партии власти в жизни общества я не согласен. Она, на мой взгляд, дутая величина. Ее верхушка, во-первых, является не объединением единомышленников, соратников по лучшему мироустройству россиян, а компанией карьеристов и приспособленцев. Которая к тому же плодит в своей правящей верхушке матерых чиновников и бюрократов, далеких от народа, своих избирателей. Электората, одним словом, участь которого одна — интенсивно оболваниваваться в очередной предвыборный период.

— Сергей Николаевич, если я дословно процитирую Ваши слова в газете, то у кое-кого сложится впечатление, что Лаврентьев не любит "Единую Россию". Не опасаетесь такого отношения к себе?

— Я политолог, профессионально занимаюсь своим делом. И почти наверняка могу предположить, что при подобном отношении к своей роли в общественной жизни страны партия власти долго не протянет. Именно об этом и предостерегал Рахимов "Единую Россию" в своем интервью. Нельзя, по его мнению, существовать лишь на одном административном ресурсе: такая иждивенческая позиция в определенный момент начнет работать против партии. Между прочим, складывающаяся в стране ситуация, на мой взгляд, уже прогнозирует подобный исход для "единороссов". Давайте вспомним башкирскую пословицу: "Ты — мулла, я — мулла, а кто коню сена задаст?" Так вот: у партийного руководства "Единой России" нет на сегодняшний день людей, кто готов по- честному, добросовестно работать с электоратом.

Считаю, что нужно идти в народ, общаться с ним, слушать и слышать его, вникать в проблемы и чаяния простых людей. У Муртазы Губайдулловича, кстати, уже давно заведено так: он много ездит по республике, встречается с населением, в разговорах не уходит даже от острых тем. В результате таких неформальных встреч идет определенное сканирование проблем, которые возникают время от времени в общественной жизни, сознании людей, их настроениях. А где бывают наши партийные лидеры, руководители депутатских фракций, представляющие в Госдуме "Единую Россию"? Кто их видел, кого они выслушали, чем помогли? Они мелькают лишь на московских тусовках, в заграничных поездках да на редких, ритуально организованных мероприятиях...

— От столичных коллег-журналистов довелось услышать такую версию: весь информационный прессинг по отношению к Рахимову после его критического выступления был инспирирован руководством "Единой России", а не Кремлем. Есть в этом доля истины, как Вы считаете?

— Более того, уверен в этом. Мне, к примеру, доподлинно известно, что после интервью в "МК" партийные функционеры опубликовали в ряде центральных изданий несколько платных материалов, подвергнувших обструкции высказывания Рахимова. Одну статью разместили в том же "Московском комсомольце", которую позже почти без купюр перепечатала "Российская газета". Плюс ко всему контрпропаганда шла и через Интернет. А раз так, какая у меня может быть гражданская позиция по отношению к партии, которая занимается черным пиаром? Почему бы ее лидерам не вступить в открытый диалог с автором публичной критики и далеко не рядовым членом партии, руководителем крупного российского региона?

Между тем мнение простых россиян обнадеживает. Вот у меня на столе только часть распечаток из Интернета: пишут свои комментарии пользователи со всей страны. К примеру, из Ярославля — посмотрите. Или это — с Сахалина, кстати, члена ЛДПР. Примерно процентов восемьдесят откликов в поддержку высказываний Рахимова по поводу порочного стиля руководства "Единой России".

— А нет среди них знакомых фамилий — руководителей российских регионов, коллег Муртазы Губайдулловича?

— Уже одно то, что никто из них не высказался с осуждением, согласитесь, говорит о чем-то... Хочу привести еще одно мнение — главного редактора "Московского комсомольца" Павла Гусева. Выступая на радио "Эхо Москвы", он, в частности, сказал: Рахимов действительно смог подняться над ситуацией. И что его точка зрения была многим понятна и близка, потому получила такую широкую поддержку.

Выступая на съезде Ассамблеи народов Башкортостана, писатель Михаил Чванов рассказал его делегатам о телефонном звонке Валентина Распутина со словами благодарности от мастера российской словесности в адрес Рахимова за его гражданскую позицию. Другой известный деятель — наш земляк Юрий Шевчук — позвонил при мне своему однокурснику Ильдусу Илишеву, вице- премьеру башкирского правительства. "Я-то полагал, что являюсь единственным диссидентом — уроженцем республики, — смеясь, сказал он. — Оказывается, что нет. Передавай привет Муртазе Губайдулловичу от интеллектуалов Питера, которые стоят на его позициях!"

— А как вообще появилась эта публикация в "Московском комсомольце"? И почему на эту досель запретную тему осмелился высказаться Рахимов, а не, скажем, Шаймиев, Россель или другой авторитетный руководитель региона?

— Где-то в начале мая в "МК" журналист Михаил Ростовский (автор интервью) опубликовал материал об итогах работы тандема Медведев-Путин за первый год правления. В статье, среди прочих пассажей, прошелся по Башкирии, обвинив руководство республики в разжигании "оголтелого национализма". Мы связались с ним, поинтересовались наличием фактов в столь сильном обвинении. Они, как и предполагали, были у него по большей части гиперболизированными и надуманными. Предложили приехать Ростовскому в республику, убедиться на деле, есть ли у нас этот самый "оголтелый национализм". Позже, в ходе знакомства с регионом, журналист решил провести с нашим Президентом интервью по собственному усмотрению. Так и появилась эта публикация.

А что касается того, почему именно Рахимов решился высказаться на эту тему? Не знаю, это — его решение. Могу лишь предполагать: в высказываниях, повторюсь, звучит все то, о чем он не раз говорил другим. Видимо, накипело... С другой стороны, многие журналисты, которым довелось пообщаться с Муртазой Губайдулловичем, знают: он от острых тем никогда не уклоняется. И что немаловажно: несмотря на жесткую критику своих высказываний со стороны федеральных СМИ, и сегодня не жалеет о сказанном, считает, что сделал все правильно.

— И как, на Ваш взгляд, будут развиваться события дальше? Предпримет ли какие-нибудь действия "Единая Россия"? Скажем, исключит из своих рядов сановного критика...

— Не думаю, что дело дойдет до этого. Не глупы же они настолько. Сейчас уже шумиха по поводу статьи в "МК" пошла на спад. А там и вовсе, полагаю, забудется. И все пойдет своим чередом.

— Меня, кстати, заинтересовала инициатива небольшой парторганизации из башкирского Зауралья. О ней промелькнуло в Интернете сообщение: в ответ на несправедливые нападки на Рахимова, высказавшего свои взгляды, в знак протеста против такого прессинга рядовые партийцы заявили о своем решении массово выйти из рядов "Единой России". А если такая инициатива вдруг получит поддержку в других первичках республики? И тогда Башкирию Москва обвинит в начале развала партии власти в масштабе региона, потом, не дай Бог, и всей страны...

— До этого дело, думаю, не дойдет — развал "Единой России" если и начнется, то не с Башкирии. Мы уже переговорили с за- уральцами. Объяснили, что верхушка "единороссов" и рядовые члены — понятия разные. И что Рахимов критиковал стиль и методы руководства партией, а не саму структуру. Похоже, что убедили. И сделали правильно: партия большинства в России должна быть. Другое дело, какой: истинно народной или с раздувшимся олигархически-чиновничьим аппаратом.

— В своем выступлении на съезде Ассамблеи народов Башкортостана Рахимов развил дальше темы, поднятые в "МК". В частности, он сказал, что "нам нужны не старые схемы, а современные подходы, учитывающие объективные политические, экономические, социальные и культурные реалии". Что здесь имеется в виду, в первую очередь?

— То, что уже не первый год делается, к примеру, в республике: быть в постоянном диалоге с национальными движениями, общественными организациями, культурными центрами. С нашим Президентом, кстати, согласился и Председатель Ассамблеи народов России Рамазан Абдулатипов, принявший участие в уфимском форуме. Он тоже акцентировал внимание делегатов на необходимости конструктивного общения не с отдельными националистами, а с легитимно избранными представителями разных народностей, представляющими общественные запросы. И что не надо бояться самобытности той или иной нации, а всемерно стараться их поддерживать.

А у нас в Башкирии такие движения и культурные центры созданы и активно действуют уже лет пятнадцать-двадцать. И в общении с ними нет элемента стихийности запросов и потребностей. Данные структуры, считаю, выстраивают вербально оформленные требования к властям, получая в ответ все в соответствии с правами и своим статусом.

Давайте вспомним, к примеру, 90-е годы. Тогда представители народностей Башкирии требовали каждый в отдельности создание национальной прессы, свои театры, обучение на родных языках... И что же? Все это сегодня в республике есть, вопросы практически решены полностью. Мало того, в каких-то пунктах даже идем с опережением разумного. Скажем, преподавателей татарского языка у нас даже больше, чем в самом Татарстане. Или такой нонсенс: удмурты, расселившиеся в Татышлинском районе республики, свой родной язык знают лучше, чем те, кто проживает на их исторической родине. Данный факт признали даже в Удмуртии, откуда к нам приезжают перенимать опыт по основам преподавания и развития этнокультуры. А "башкирские" марийцы здесь себя чувствуют, по их признанию, намного лучше, чем их единоверцы в Республике Марий-Эл.

Понятно, что подобного результата достичь в одночасье невозможно. В Башкирии это удалось сделать за долгие годы сознательно проводимой руководством республики политики консолидации многонационального населения. А что еще надо для достижения идеальных норм социального самочувствия?

— И еще цитата из доклада Рахимова на Ассамблее: "Башкирия будет последовательно отстаивать федерализм и категорически отвергать любые попытки реанимации имперских, унитаристских подходов". А если сам федерализм обе стороны будут трактовать по-разному? И если одна из противоположностей более преуспеет в навязывании своей точки зрения, а у другой опровергнуть предлагаемые аргументы не останется сил?

— А не надо понимать термин "федерализм" как-то иначе, чем это сказано в Конституции России. Сам Муртаза Губайдуллович постоянно всех сомневающихся отсылает к духу и букве Основного Закона страны, в которой мы все живем. Там, говорит он, вся суть и глубина задач — читайте, изучайте и действуйте! Предположим, сегодняшняя политика назначения в регионы Кремлем высокопоставленных чиновников со стороны — нарушение, по мнению нашего Президента, пункта Конституции о необходимости согласования кандидатур с местными властями.

— На уфимском форуме народов Башкортостана особое место уделялось позиции республики по сохранению регионального компонента образования как гарантии развития культурного многообразия Российской Федерации. Мне довелось услышать заверение, что региональный компонент в образовательном процессе будет восстановлен уже этой осенью.

— Да, это, скорее всего, случится так. Ситуация, полагаю, вот в чем: образование в регионах финансируется из местного бюджета. И поэтому, наверное, на местах лучше знают, куда вкладывать средства. Без ущерба, естественно, для преподавания федеральных образовательных стандартов. Скажем, в изучение родных языков...

— И тут мы подошли к одному из болезненных для населения Башкирии вопросов: формы преподавания, к примеру, башкирского языка детям некоренной национальности. Почему бы не придать предмету статус факультатива — по принципу добровольности. Ведь сколько бы этим местные власти себе лишних баллов заработали...

— А у нас Рахимов никогда не говорил, что изучение башкирского языка является принудительным предметом в школе. Он сам не раз подчеркивал, что все зависит от желания родителей и самого ребенка. Хотя лично я считаю, что лишние знания никому еще не мешали...

— Тем не менее, решать это не чиновникам, а каждой конкретной семье в отдельности. Вопрос в другом: почему же правильные слова Президента о добровольности изучения башкирского языка никак не воплотятся в циркулярную строку инструкции для Министерства образования республики?

— Думаю, что это будет сделано, и сделано очень скоро. Тем более что Рахимов еще раз отметил в "Московском комсомольце" тот факт, что он против принудительного обучения детей национальным языкам.

Кстати, в целом, выступление Муртазы Губайдулловича на съезде Ассамблеи народов Башкортостана было на редкость запоминающимся. Лично я такого еще не видел: раз двадцать его речь прерывалась бурными аплодисментами. И это не клакеры какие-то организованные изображали, а весь зал, в едином порыве, подтверждал согласие со словами Рахимова, которые звучали в тот день с трибуны форума. Я считаю, что это был прорыв в определении дальнейшей судьбы республики.

Конечно, наряду с анализом ситуации в регионе и в целом по России, критическими суждениями о сегодняшних перекосах в республиканской и федеральной политике, было озвучено и наше видение завтрашней России. Определены цели, пути достижения намеченных ориентиров. И это, полагаю, главное: мы точно знаем, в каком направлении нам двигаться.

От автора:

В беседе с советником Президента РБ я не затронул малозначительный, на первый взгляд, эпизод, произошедший на Ассамблее народов Башкортостана. Позже пожалел: деталь эта, на мой взгляд, имела знаковый смысл.

Так вот: в своем выступлении Председатель Госсовета Республики Татарстан Фарид Мухаметшин в какой-то момент неожиданно перешел на татарский язык и произнес (цитирую дословно) следующую фразу: "Если мы будем вместе, нам ничто не страшно..." И как ни в чем не бывало продолжил дальше свое выступление уже на русском языке.

Что это было? Эмоциональный срыв или заранее продуманный пассаж? Одно бесспорно: руководители двух крупнейших национальных республик — Татарстана и Башкортостана, которые в свое время "ельцинским парадом суверенитетов" заложили, по мнению тогдашнего премьера Виктора Черномырдина, основы федерального устройства нынешней России, сохранив тем самым страну от развала, нынешними же высказываниями на уфимском народном форуме намекнули на единство взглядов по некоторым вопросам.

По крайней мере, такой вывод не исключается..."

Теги: власть
Лонгриды
Новости партнеров
Яндекс цитирования
Рейтинг ресурсов "УралWeb"
закрыть