Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 58.89

EUR 69.42

18 декабря Понедельник

Уфа   °

Возвращение из Парижа в Уфу бывшего афганца: как это было и как должно быть

ПОЛИТИКА

Неделю назад он прилетел в Уфу из Москвы, хотя путь его начинался издалече. Ни деловой встречи, ни встреч с цветами и объятиями, ни лучезарных улыбок родных и друзей не было. Был автомобиль "скорой помощи", который с сиреной и мигалкой помчался в больницу. Открылись двери отделения реанимации и...
Через пару дней эти же двери открылись снова...

Неделю назад он прилетел в Уфу из Москвы, хотя путь его начинался издалече. Ни деловой встречи, ни встреч с цветами и объятиями, ни лучезарных улыбок родных и друзей не было. Был автомобиль "скорой помощи", который с сиреной и мигалкой помчался в больницу. Открылись двери отделения реанимации и...

Через пару дней эти же двери открылись снова, и наш герой, как заурядный вновь поступивший больной, оказался на кровати в больничном коридоре. Картина, знакомая каждому россиянину. К тому же, были выходные и праздники, и решить вопрос с размещением его в одну из палат было некому — начальство отдыхало.

Так прозаично завершилась эпопея, в которую оказались втянуты министерства и ведомства различных стран, руководители крупнейших транспортных компаний и военных академий, депутаты Государственной Думы и члены Совета Федерации, личности, имеющие всеобщую российскую известность.

А началось все с того, что майор запаса, участник боевых действий в Афганистане Юрий Прохорцев, проживавший в городке летчиков в Затоне, решил немного улучшить свое скромное материальное положение военного пенсионера и отправился на заработки в Конго. Перелет Москва  — Браззавиль очень длинный, и без промежуточной посадки в Париже не обойтись. А военную пенсию зря не дают. Это подтвердилось, когда при заходе на посадку в парижском аэропорту у почти 54-летнего "афганца" произошел геморрагический инсульт, или, говоря проще, лопнула анифризма.

Теперь все понимают, что ему повезло. Случись такое в России или какой другой стране, и даже не в небе, а гораздо ниже, результат для Юрия Михайловича был бы, скорее всего, самым наихудшим. Французы же оказались на высоте: к приземлившемуся самолету подлетела их "скорая", и вскоре советский майор оказался на столе перед хирургами парижского госпиталя "Ларибуазьер". Уникальная операция, на которую мастаки одни французы, завершилась успешно. Однако состояние Прохорцева было настолько тяжелым, что он еще целый месяц оставался в коме, под аппаратом искусственной вентиляции легких. И, естественно, не мог даже подозревать, какое движение началось вокруг его скромной персоны.

Едва получив известие о случившемся, — опустим промежуточные этапы, — ветераны Уфимского высшего военного училища летчиков, знавшие только то, что где-то рядом с ними "живет такой парень", бросились на помощь Юрию Прохорцеву. Задачей было доставить его из Парижа на Родину — в Россию. Тогда еще никто толком не знал — куда, и что делать дальше.

Об общественных организациях ветеранов у многих такое представление: собираются по праздникам в парках, славят былые подвиги и ругают нынешнюю власть, вспоминают о былом, а если здоровье позволяет — поминают ушедших крепкими напитками. Оказывается, это абсолютно неверное представление, по крайней мере, по отношению Совета ветеранов УВВАУЛа.

Руководство операцией по доставке, без каких-либо сомнений и принуждения, взял на себя полковник запаса Юрий Михайлович Чернавин, член Совета ветеранов УВВАУЛ. Между прочим, человек при делах, занимающий ответственный пост в одном из республиканских министерств. Главным его соратником в Уфе стал член Комитета ветеранов войны и военной службы Республики Башкортостан, тоже полковник в запасе Валерий Новиков. Они знали, что Юрий Прохорцев — ветеран училища, инженер местного авиационного полка по вооружению. Этого было достаточно.

"Поначалу, где-то с полмесяца, жена Прохорцева, с помощью подруги — учительницы французского языка, по телефону общалась с клиникой, — рассказывает Юрий Чернавин. — Но вскоре она поняла, что как каждый лишний день пребывания его в госпитале в Париже требует больших финансовых затрат, а оказать какую-либо помощь мужу ей одной не по силам.

Сначала мы подумали, что лучше доставить его в Санкт-Петербург, к специалистам Военно-медицинской академии. Договорились с заместителем главного врача академии Валерием Парфеновым, который согласился принять Прохорцева. Договорились с первым заместителем генерального директора государственной транспортной компании "Россия" (бывшие "Пулковские авиалинии") Геннадием Болдыревым о транспортировке больного.

Но тут возникла большая проблема: из Франции, от российского консула пришли документы о том, что для сопровождения Прохорцева нужен врач и аппарат искусственной вентиляции легких.

Через члена Совета Федерации Рудика Искужина нам удалось довести до главного медицинского управления Минобороны РФ просьбу выделить для этой цели военного врача. Но в соответствии с законом о статусе военнослужащих, даже проходящие службу, окажись они за границей, рассматриваются просто как граждане России и попадают под "юрисдикцию" Минздрава РФ. Отправить же военного врача за пределы России можно только на основании решения генерального штаба".

Ветераны УВВАУЛ, словно первопроходцы, узнали во время проведения операции много для себя нового и неожиданного. Вроде никто нигде не отказывал, наоборот, все шли навстречу. Но продвижение вперед шло очень медленно, и каждый новый шаг требовал подключения все большего количества людей. По признанию Чернавина и Новикова, во многих местах, куда они обращались, встречались бывшие сослуживцы, которые незамедлительно шли на помощь. Это, кстати, никак не вяжется со ставшим расхожим, благодаря многим СМИ, мнением о полной коррумпированности Российской армии и низкими профессиональными и моральными качествами всех наших военнослужащих — от солдата до маршала.

Но поддержки и помощи, как и поразительной энергии уфимских ветеранов, не всегда хватало, чтобы принять то или иное решение. То и дело приходилось выходить на более высокий уровень власти, на людей, которые недоступны для простых смертных. Благо, что и тут обстоятельства были на стороне Юрия Прохорцева и его спасителей. На определенном этапе к операции подключился никто иной как депутат Государственной Думы наш земляк Иршат Фахритдинов. И не просто земляк и депутат, не только член Комитета ГД по делам ветеранов, а воин-афганец, участник трех вооруженных конфликтов, человек с легендарным прошлым и беспокойной душой.

Узнав о случившемся, он, также добровольно, возложил на себя организационную часть работы, проводимую в Москве. К операции по транспортировке Прохорцева в Россию Фахритдинов смог подключить Героя Советского Союза, председателя Комитета по делам воинов- интернационалистов Содружества независимых государств Руслана Аушева, а тот, в свою очередь, — генерального директора компании "Аэрофлот — Российские международные авиалинии" Валерия Окулова.

К этому времени, была поставлена другая цель: доставить Прохорцева не в Санкт-Петербург, а в Уфу, и не в военно-медицинскую академию, а в "гражданскую", 22-ю городскую больницу. Здесь та же высококвалифицированная медицинская помощь, что и в северной столице, зато постоянный присмотр жены не лег бы таким тяжким бременем на семейный бюджет. К тому же, Юрий Прохорцев уже вышел из комы, дышал без аппарата и мог самостоятельно питаться.

Но вопрос о перевозке больного в Уфу, а точнее — из Парижа в Москву был ничуть не проще. Все самолеты МЧС были заняты в Китае, на оказании помощи местным жителям в зоне сильного землетрясения. Оставалось надеяться на доставку на самолете "Аэрофлота", но одно из условий, поставленных парижскими врачами — больной должен находиться все время в лежачем положении, на носилках.

"Пришлось переоборудовать два борта: Москва — Париж — Москва и Уфа — Москва — Уфа, сняв по шесть кресел, — рассказывает Юрий Чернавин. — Тут нам тоже пошли навстречу, и отдел специальных перевозок за это с нас ничего не взял, за что большое спасибо работавшему с нами непосредственно Юрию Ширяеву и другим работникам компании "Аэрофлот — Российские международные авиалинии". Прохорцева перевезли из Парижа в Москву и из Москвы в Уфу вообще почти бесплатно, а жену и сопровождавшего больного врача- реаниматолога из Республиканской больницы — в бизнес-классе по минимальной цене".

Вопрос с врачом, который будет сопровождать Прохорцева, удалось решить с помощью Премьер-министра Правительства Республики Башкортостан Раиля Сарбаева и министра здравоохранения республики Андрея Евсюкова. Врач Константин Золотухин не только сопровождал Прохорцева, но взял на себя ответственность за невыполнение другой задачи, поставленной французами: обеспечить борт самолета аппаратом искусственной вентиляции легких и кислородными баллонами. А с этими приборами тоже возникла серьезная проблема: служба безопасности допускала установку в самолете только сертифицированного оборудования, а сертификат можно получить только в Москве, причем, для сертификации нужно не менее 10 дней. Золотухин нашел у главного санитарного врача столицы сертифицированные баллоны, но надо было получить разрешение на вывоз баллонов за границу — проблема вставала за проблемой. На этой стадии к операции уже была подключена министр здравоохранения и социального развития России Татьяна Голикова, но ее вмешательства не потребовалось: компетентность и уверенность Золотухина позволили добиться от врачей "Ларибуазьер" подтверждения, что на данной стадии болезни можно обойтись и без кислородных приборов. Завершить операцию было делом техники и времени.

Возникает вопрос, почему в России нет такого закона и такой организации, которая занимается эвакуацией граждан, попавших в аналогичную ситуацию? Французы предлагали перевезти Прохорцева в любую точку России — без проблем, только заплатите деньги. Правда, за месяц пребывания в Париже, в том числе за операцию, Юрию Прохорцеву итак "накапало" более 20 тысяч евро. Ясно, что таких денег ни у него, ни у друзей и бывших сослуживцев, которые, кстати, помогли жене собрать деньги на поездку в Париж и обратно, нет. Во что могла вылиться перевозка его французами, можно только догадываться.

Придется ли теперь Прохорцеву расплачиваться за лечение? — Вряд ли. Поскольку он летел не в Париж, а в Конго, у него не было французской страховки, и в клинику он был помещен примерно на таких же основаниях, как если бы был бомжем.

История завершилась благополучно, но ее участники и главные герои не испытывают удовлетворения. И депутат Государственной Думы Иршат Фахритдинов, передвигавший самые крупные фигуры на карте "боевых действий", и "главнокомандующий" Юрий Чернавин, и Валерий Новиков в один голос заявляют: нынешняя ситуация не нормальна. В России должна быть создана четкая система оказания помощи соотечественникам, оказавшимся в беде за границей. Иначе каждый подобный случай, в общем-то, заурядный, потребует вмешательства едва ли не главы государства, привлечения огромного количества людей, ни разу не сталкивавшихся с подобной ситуацией и не знающих, что делать.

Трудно сейчас определить, сколько десятков, а может и сотен таких людей, забыв про другие заботы, участвовало в операции по возращению на Родину Юрия Прохорцева. Кроме уже упомянутых, "генштаб" считает нужным отметить заместителя Премьер-министра Правительства Республики Башкортостан, полномочного представителя РБ при Президенте РФ Салавата Гумерова, вице-консула консульского отдела Посольства РФ в Париже Константина Зайцева, заместителя министра здравоохранения РБ Зуфара Муртазина, представителя МИД России в Уфе Зиннура Марданова.

А семья Юрия Прохорцева высказывает глубокую благодарность всем тем, кто принял участие в спасении мужа и отца, не остался в стороне и оказывал посильную помощь по его возвращению на Родину.

Автор: Николай Ермоленко

Лонгриды
Новости партнеров
Яндекс цитирования
Рейтинг ресурсов "УралWeb"
закрыть