Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 57.33 ↑

EUR 67.45 ↓

18 октября Среда

Уфа   °

Нам повезло - Вы были, есть и всегда будете с нами, дорогой Мустай

ПОЛИТИКА

Он родился в исторический для его родной республики год. В год, когда Башкирия вошла в состав Советской России, став тогда первым в стране национально-территориальным образованием. Подойдя в 1969 году к своему пятидесятилетнему рубежу и размышляя о пройденном пути, о том, удалась ли его жизнь, Мустафа Сафич так начнет...

Он родился в исторический для его родной республики год. В год, когда Башкирия вошла в состав Советской России, став тогда первым в стране национально-территориальным образованием. Подойдя в 1969 году к своему пятидесятилетнему рубежу и размышляя о пройденном пути, о том, удалась ли его жизнь, Мустафа Сафич так начнет одно из своих очень личностных, пронзительно исповедальных стихотворений:

Мне с датою рожденья повезло:

Родился я не рано и не поздно...

Гудит октябрь... Двадцатое число...

Березы сыплют на тропу мне звезды.

Его судьба, его творчество неразрывно связаны с судьбой народа, с испытаниями, выпавшими на его долю, на долю его Родины, которую он защитил на полях сражений самой грозной из войн.

Везло с боями: в пламени жестоком

Мне виделись победные огни...

Везло с моими ранами: до срока

"Туда" не унесли меня они.

Его не могли не волновать события исторического прошлого народа, особенно те из них, которые определяли его дальнейшую судьбу. Он восхищался мудростью далеких предков, которые приняли единственно верное решение — объединиться с русским народом, решение о вхождении Башкирии в состав России. Он много размышлял и писал об этом. Этой же теме посвятил цикл стихов "Европа-Азия" и стихотворение "Я россиянин", написанное в 1954 году и сразу же ставшее очень популярным, часто цитируемым.

Когда 50 лет назад республика отмечала 400-летие добровольного вхождения Башкирии в состав России, и на историческом холме на берегу Белой в Уфе закладывался будущий Монумент Дружбы, на этих юбилейных торжествах слово наряду с политическими и государственными деятелями было предоставлено и Мустаю Кариму, тогда еще молодому, но уже широко известному поэту и драматургу. Надо ли говорить, что его выступление по содержанию, эмоциональной насыщенности и по силе ответной реакции аудитории было самым ярким из всех, прозвучавших с трибуны до и после него.

Мустафа Сафич наверняка выступил бы и на нынешних юбилейных торжествах, высказав при этом много новых плодотворных мыслей о событиях 1557 года и их исторических последствиях. Потому как известно, что он продолжал изучать материалы и документы, связанные с судьбоносным решением предков, делал наброски публицистических статей на эту тему, делился такими творческими замыслами с собратьями по перу, в частности, с писателем Газимом Шафиковым. Последний тоже работал в данном направлении, мысли обоих писателей во многом совпадали, и они даже собирались объединить усилия и подготовить для печати совместную работу. Но не успели это сделать...

Мне повезло с землей моей... Ты — чудо,

Башкирия! Ты — свет в моей судьбе!

Ты — колыбель под синью! И да будет

Моя могила теплая — в тебе...

За двадцать дней до своей кончины Мустафа Сафич приезжал в свой родной Чишминский район на церемонию открытия мемориальной доски уроженцу чишминской земли, поэту-фронтовику Мусе Гали, даже выступил на этом торжестве с прочувствованным словом о своем друге и земляке. В эту поездку он нашел возможность поговорить с заведующей отделом культуры администрации района Раушанией Байгузиной, с которой его связывало давнее и доброе знакомство. Он проехал с ней в свой родной аул Кляш, хорошо знакомый читателям по его повести "Долгое-долгое детство", к воспетому им роднику.

Раушания Ханифовна не сразу поняла тогда, что это не обычный, очередной приезд поэта на свою малую родину, что он прощается с дорогими его сердцу местами, расставаясь с ними, возможно, навсегда. Мустафа Сафич полушутливо сказал ей тогда, что, если в будущем встанет вопрос о музее его имени, то хотел бы, чтобы он был в таком-то месте аула. И показал ей это место.

В эти дни мы позвонили Раушание Ханифовне. Она уже не заведует отделом культуры — на пенсии. Но продолжает работать. В должности директора Дома-музея имени Мустая Карима. Вся в хлопотах по созданию этого дорогого для всех нас очага культуры.

— Уже подготовлена документация по отводу пятнадцати гектаров земли под мемориальную зону, — рассказывает она. — В нее входят и опушка леса за околицей села, и тот самый родник, где любили бывать Мустай Карим и Муса Гали. Утверждена концепция Дома- музея. В ближайшее время состоятся тендеры на его проектирование и строительство. Мы составили шэжэре Мустафы Сафича до седьмого колена, эта наша работа получила высокую оценку специалистов.

И с именем — не подвело оно! -

Мне повезло, и с сущностью моею:

Вкусив похвал сладчайшее вино,

Я на ногах держался, не хмелея...

Мне повезло. Мне повезло во многом.

Не знаю, повезло ль со мной другим...

Как хотелось бы, чтобы автор услышал и знал, что его сомнение, выраженное последней строкой его стихотворения, совершенно напрасно и безосновательно. Нет, Мустафа Сафич, это нам всем крупно повезло. Повезло, что Вы были, есть и будете всегда с нами, дорогой наш Мустай.

Автор: Александр Зиновьев

Теги: память
Новости партнеров
Лонгриды
Яндекс цитирования
Рейтинг ресурсов "УралWeb"
закрыть