Уважаемый пользователь, Вы пользуетесь устаревшим браузером, который не поддерживает современные веб-стандарты и представляет угрозу вашей безопасности. Для корректного отображения сайта рекомендуем установить актуальную версию любого современного браузера:

Прочитать в мобильной версии сайта

РУС

USD 70.75 ↓

EUR 78.54 ↓

30 мая Суббота

Уфа   °

Молния
Молния

Альберт Давлетов: «Наша команда работает над ускорением Большого адронного коллайдера»

Уроженец башкирского города Дюртюли, молодой исследователь и проектировщик Альберт Давлетов работает в CЕRN — Европейском центре ядерных исследований, уже много лет строящем самый загадочный объект на планете — Большой адронный коллайдер. Этот объект длиной почти в 27 километров находится на глубине около 100 метров под землей, по размерам превосходит габариты всех построенных когда-либо устройств и призван перевернуть представления человечества об окружающем мире. Шанс принять участие в таком фантастическом проекте нашему земляку выпал не случайно — он стал результатом долгой работы над собой и целеустремленного роста как специалиста в машиностроении.  

Альберта можно смело назвать человеком, с детства упорно идущим к своей мечте и главное — добивающимся поставленных перед собой задач. Он родился в Башкирии, в семье педагога Фриды Рафаэлевны, бывшего главного инспектора отдела народного образования Октябрьского района Уфы, и инженера-строителя Рината Габидиновича, построившего в Уфе немало объектов. Именно его чертежи с интересом разглядывал в детстве Альберт, а когда впервые получил от отца в подарок конструктор самолётов, живо заинтересовался процессами воздухоплавания и строением самолетов. И в результате этого его «альма-матер» стал Уфимский государственный авиационный технический университет, факультет «Авиационные двигатели и энергоустановки» которого он окончил. Во время защиты диплома в этом вузе Альберт подал заявку во всемирно известную компанию Boeing, прошёл собеседование на английском языке и переехал в Москву, где пять лет проработал в конструкторском центре Boeing инженером-конструктором.  

После работы в Boeing он переехал в Чехию, где конструировал крылья для моделей самолетов не менее известной канадской авиастроительной компании Bombardier. Успел он поработать и в Уфимском моторостроительном производственном объединении, а сегодня вместе с командой более чем из четырех десятков коллег из Швейцарии, Франции, Германии, Италии, Испании реализует международный проект в CERN, в Швейцарии, что стало результатом совместных работ Альберта Давлетова с одним из московских университетов, и работает над усовершенствованием ускорительных узлов Большого адронного коллайдера, предназначенных для разгона элементарных частиц до скоростей, превышающих скорость света. В этом ему помогает, по меньшей мере, знание языков — английского, французского, чешского, немецкого, итальянского. Занимаясь инновационными проектами, он не теряет связи с родной башкирской культурой, продолжает поддерживать ее в Европе, помогает организовывать ежегодные сабантуи в Женеве. В прошлом году он участвовал в пятом Всемирном курултае башкир в Уфе в качестве почетного делегата. Наш разговор — о том, как важно каждому с детства иметь мечту и добиваться ее реализации, ставя перед собой цель и постоянно набираясь знаний и умений для ее достижения.

- Вы научный сотрудник из России, и работаете на территории двух стран — как  во Франции, так и в третьей стране, Швейцарии... Вы — «человек мира»?

— Уточню: я не просто «из России», а из Башкирии. Когда я рассказываю про свой родной край в CERNe, многим моим иностранным коллегам становится интересно, некоторые даже хотят посетить мою республику, увидев фотографии сказочных мест Мурадымовского ущелья, захватывающие пейзажи скалистых вершин хребта Караташ и наскальные рисунки эпохи палеолита в пещере Шульган-Таш. Прошлой зимой собирались приехать коллеги с женами и детьми, познакомиться с историей и культурой нашей далёкой от европейского обывателя земли, но, к сожалению, у них не получилось своевременно оформить и подать документы, поездку пришлось отложить. Надеюсь, позже у меня получится показать им свои родные края.

- Где Вы сейчас и как сейчас работается в свете последних событий с коронавирусом?

- К сожалению, с введением режима пандемии все крупные предприятия закрылись на карантин, поэтому возможности работать непосредственно на территории CERNа сейчас не предоставляется возможным. Я работаю дома, над теоретической частью проекта — практические испытания пока возможности проводить нет. Близкие и друзья переживали за меня, предлагали приехать в Россию на время самоизоляции, поэтому решил остаться и не стал рисковать здоровьем своих родных и близких. Ведь вирус некоторое время может не проявляться и бессимптомно для человека передаваться воздушно-капельным путем другим. Тем более что у меня есть печальный пример перед глазами: друг моего итальянского коллеги в середине марта, когда в Италии уже был введён режим карантина, а в Швейцарии — еще нет, поехал на родину и, не подозревая, что является носителем инфекции, заразил тётю, дядю, бабушку и дедушку. Ведь итальянские семьи в основном живут скученно. Сам он вылечился, а вот  члены его семьи скоропостижно скончались в результате заражения, и сейчас он ждёт решения суда. За заражение других в результате собственной, пусть и неумышленной беспечности в этой стране грозит уголовное наказание.

- Откуда другие Ваши коллеги в CERN? Из каких стран?

- Большинство из Франции, Швейцарии, Испании, Италии, Германии и других европейских стран, а также из Китая и США. CERN — это огромная международная организация, и его сотрудники  в основном из тех стран, институты которых занимаются исследованиями физики высоких энергий. Кстати, результатом совместных работ научных сотрудников CERNa являются не только достижения в физике. В свое время они совместно изобрели распределённую систему WWW (world wide web). Что же касается IT-технологий, то для создания сенсорных дисплеев и тач-падов выступила тоже площадка CERNа. Эта организация способствует и развитию разработок в сфере ядерной медицины. Поэтому я считаю ее прекрасной ареной для международного обмена опытом, знаниями и интересами в научном мире.

- Сколько лет Вы прожили в Башкирии?

- Я родился 8 декабря 1984 года в Дюртюлях. Отец — инженер-строитель, в детстве вложил в меня интерес к инженерной, технической мысли. В этом году у него будет юбилей в мае и, пользуясь случаем, я хотел бы поздравить его с круглой датой и пожелать всех благ и здоровья. Я смотрел в детстве, как он делает чертежи. Вместе с ним мы собирали конструкторы самолётов, которые он мне привозил из командировок. Это было одним из самых больших моих увлечений. Следуя этим интересам, я и пошел по стезе авиации, поступил в Уфимский государственный авиационный технический университет, закончил факультет «Авиационные двигатели и энергоустановки». Во время защиты диплома подал заявку на кандидатуру инженера-конструктора в Boeing в качестве молодого специалиста, прошёл собеседование на английском, рассказал про свой дипломный проект. Защитил диплом и сразу после окончания университета уехал в Москву, в конструкторский центр Boeing, проработал там пять лет.

- А чем занимались в легендарном «Боинге»? Ведь это такая серьезная корпорация, попасть туда может, наверное, только очень талантливый специалист?

- Отбор в ней, конечно, был достаточно серьезным. Но уровень подготовки в уфимском вузе тоже, как выяснилось, достойный. УГАТУ считается одним из лучших технических университетов не только в Башкирии, но и в России. Я лично благодарен своему вузу за то, что он вложил в меня базовые знания и выпустил меня во взрослую жизнь, где я по сей день применяю тот багаж знаний, который вложила в меня моя «альма-матер».

В конструкторском центре Boeing я занимался сначала интерьерами самолетов, потом проектировал крылья, центроплан, выполнял проекты практически для всех линеек самолетов 737, 747, 777, 787. После работы в Boeing меня пригласила на  конструкторскую работу чешская компания в Праге, где я работал  над конструкцией крыльев для новой линейки самолетов авиастроительной канадской компании Bombardier. Я занимался конструированием, проектированием, исследованием прочностных характеристих, деталей крыла. Позже два года посвятил работе на Уфимском моторостроительном производственном объединении, в качестве  инженера-конструктора.  

- Что Вас привело к выбору именно этой специальности? Модели самолетов, подаренные отцом?

- Не только. Многое дали научные труды разных деятелей из авиации. Вдохновила, например, история братьев Райт, начавших заниматься воздухоплаванием ещё в XIX веке. Александра Можайского, который сам спроектировал и испытал моноплан с двумя паровыми машинами — он оторвался от земли после разбега, но через какое-то время рухнул — расчеты, к сожалению, подвели, но ведь не ошибается тот, кто ничего не делает! Можно отметить Леонардо да Винчи — одного из основоположников воздухоплавания, с его безумно интересными на то время инженерными мыслями...  

Познакомился с историей деятелей авиации я еще во время учебы в школе, когда еще не было интернета и найти информацию было не так просто. Помню, тётя подарила мне с братом сборник томов «Советской энциклопедии». Этим ценным по сей день подарком я горжусь не только из-за того, что в нем содержится кладезь знаний,  но и потому, что он был получен из рук моей тёти, заслуживающей особого уважения. Ее звали Мастура Сакаева, она — Герой Социалистического Труда, заслуженный врач Башкирской АССР, автор более 50 научных трудов, и во время Великой Отечественной войны с 1941 года работала врачом в Уфимском эвакуационном госпитале.

С появлением интернета получать информацию, конечно, стало намного проще. А если говорить о литературе в целом, то я с детства интересовался фантастикой. Одна из самых первых моих книг — «Планета обезьян» Пьера Буля. Последняя из перечитанных книг — «Три товарища» Ремарка, иногда позволяю себе читать романы.  В большей степени стараюсь уделять время, само собой, технической литературе, помогающей по работе. Из фильмов предпочитаю фантастику. Иногда замечаю какие-то технические ошибки в деталях, допущенных при съемках, но сейчас таких становится всё меньше. Видно, что режиссёры и писатели больше советуются с технически подкованными людьми и стараются не допускать «ляпов», что очень важно для зрителя. Мои любимые фильмы — «Интерстеллар» и киноэпопея «Звёздные войны», которую люблю с детства.

- Сегодня Вы сами работаете над не менее фантастическим проектом, реализуемым CERN — Большим адронным коллайдером. Можете объяснить в двух словах, зачем он нам нужен?

- Слово «коллайдер» с  английского языка можно перевести как «сталкиватель». Как мы знаем, всё на свете состоит из атомов, которые состоят из протонов, электронов, нейтронов, а те, в свою очередь — из неопределенного количества частиц. Чтобы изучить более подробную составляющую элементов, и было начато строительство Большого адронного коллайдера. Сам CERN был образован еще в 1954 году. Коллайдер удалось построить на пересечении двух стран, Швейцарии и Франциии, в 2001 году. Он располагается на глубине 100 метров, длина его кольца составляет 27 километров. Он состоит из детекторов ATLAS, CMS, ALICE и LHCb, каждый из которых проводит сверхточный анализ распадов.  

Сегодня перед исследователями, работающими на нем, стоит несколько целей. Прежде всего — подтверждение или опровержение привычной нам стандартной модели. Ученым предстоит изучение кварков, представляющих собой частицы, в 20000 раз меньшие, чем протон. Подтвердить результаты существования частицы Бозона Хиггса, которые некоторые называют «частицей Бога» — эту самую элементарную частицу исследователям удалось зафиксировать однажды ранее. Также стоит задача получения так называемой «темной материи», суть которой сложно, если честно, объяснить «на пальцах». Изучение других процессов путем экспериментов в коллайдере, как ожидает ученый мир, способно помочь открыть новые законы физики, лучше узнать устройство мира и Вселенной в целом.

- Над чем работает конкретно ваша команда?

— Сейчас мы работаем над усовершенствованием ускорительных узлов коллайдера. Суть экспериментов на нем — это соударение пучков протонов и тяжелых ионов. При их столкновении рождается большое количество новых частиц. Эта модель отражает события, происходившие в момент Большого взрыва и образования нашей планеты. Получить как можно более мощное соударение мы пытаемся, разгоняя частицы с помощью пульсирующего электрического поля, а используя магнитные поля, корректируем траекторию движения частиц. Можно объяснить проще. Скажем, если ты хочешь увидеть, что находится внутри ореха, можно, как вариант, кинуть его и ударить о стену, соответственно, скорлупа расколется, и ты увидишь то, что внутри. Соответственно, чем с большей силой ты ударишь, тем на большее число частей орех расколется. В исследовании состава элементарных частиц процесс практически тот же самый.

- Сегодня коллайдер активен?  

— Сейчас значительную его часть остановили. Этот период называется «Шатдаун» и это нормально, остановка требуется для того, чтобы провести ревизию и переоборудовать существующие приборы, в том числе элементы, направленные на повышение мощности и расширение возможностей детекторов коллайдера. Как и на любом техническом объекте, на нем нужно периодически проводить технический контроль и, если необходимо, заменять устаревающие элементы для увеличения энергии столкновений. Полноценная работа коллайдера ожидается в 2028 году.

- Посещает ли иногда чувство, что всё, что учёные делают — впустую?

- В любом деле главное — это идея. Если ты заряжен идеей, то, думаю, всегда получишь какой-то результат. Отрицательный или положительный, но он всё равно будет. И это, я считаю, и есть — двигатель для получения новых знаний. Главное — стремиться, надеяться. Вспомнить того же Джордано Бруно, утверждавшего, что Земля вертится вокруг Солнца и таких звезд, как Солнце — бессчетное количество. Он был осужден учеными из Оксфорда за такое предположение, а в итоге оказался прав. Поэтому я убеждён, что главное – думать, предполагать и действовать, не боясь ничего, верить в свои силы, возможности и не останавливаться на достигнутом. Никогда не бояться просить совета, потому что любые вопросы решаемы. Есть люди с опытом, и большинство из них готовы поделиться им. Каждому из нас важно узнавать больше и накапливать собственный опыт, результатом которого будет уверенность, убивающая любые сомнения в том, что ты делаешь что-то впустую.

- Что было самым сложным на этой работе?

- На первых этапах, как и для любого обывателя, проблемой является языковой барьер, но главное понять, что и эта проблема — решаема. В моём случае — путём изучения французского языка. По своему жизненному опыту могу сказать, что не все коллеги знают английский на достаточно хорошем уровне, поэтому приходится самому порой подстраиваться под ситуацию и изучать язык франкоговорящих коллег, чтобы стараться понимать друг друга и добиваться  качественных результатов в работе.

- Читаете ли лекции студентам?

— Прорабатывал такую идею, когда был в Уфе в прошлом году на Всемирном курултае башкир. Мне предлагали организовать в школах и институтах Башкирии лекции для подрастающего поколения о работе в CERN, поделиться профессиональным опытом. Это было бы интересно. Можно проработать этот вопрос даже с возможностью организации экскурсий в CERN для особо интересующихся и отличившихся студентов физико-математических специальностей.

- Помимо основной работы Вы находите время для участия в деятельности Всемирного курултая башкир и были делегатом последнего.

- Я был рад принять участие в нем, мне понравилась идея собрать из разных точек мира наших соотечественников, согласовать стратегию развития республики с теми, кто живет и за её пределами. Я считаю, что это может в какой-то степени повлиять на ее развитие, потому что у каждого из нас — своё мировоззрение, опыт и взгляд на происходящее в республике. Это очень важно для достижения общего результата. На курултае прошли не только собрания делегатов, но и встречи с руководством республики, и в разговоре обозначились перспективные стратегии развития Башкирии, идеи на будущее.  

Когда делегаты разделились для обсуждения профильных тем по секторам, я принял участие в обсуждении научной сферы, а затем — планов по развитию предпринимательства. Я познакомился с представителями разных стран, узнал их точку зрения, обменялся опытом поддержки национальных культур в других регионах и странах. С некоторыми из делегатов мы до сих пор тесно общаемся. После знакомства на съезде курултая мы организовали всемирную группу BashkirGlobe в Facebook, Instagram и Whatsapp. В последней сейчас около 60 участников из разных стран мира. Мы обсуждаем и планируем мероприятия по продвижению и поддержке культурного наследия республики за ее пределами. Последние обсуждения в группе, конечно, посвящены пандемии коронавируса. Каждый делится ситуацией в своей стране проживания, опытом самозащиты во время карантина, делимся информацией с родственниками из Башкирии. Не теряем надежды провести и в этом году сабантуй в Женеве.  

- Какие проблемы, на Ваш взгляд, есть в российской науке? Почему так много российских учёных продолжает уезжать за рубеж?

- Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, потому что статистикой не интересовался. Приходят предложения от зарубежных компаний, научных институтов, исследовательских центров, где нуждаются в узкоспециализированных  кадрах, и мировая научная общественность знает, что в России выпускаются достойные научные кадры, поэтому за рубежом можно нередко встретить наших специалистов. Но я бы не сказал, что сегодня есть повальный отток ученых из России.  

- Какие плюсы и минусы жизни в Европе выделили бы для себя?

— В принципе, отличие — только в языках. Естественно, у каждой страны есть свой национальный дух, культура, религия, традиции, своя кухня и некоторые другие нюансы, но всё это есть и в России. Если брать отдельные субъекты Федерации, можно так же почувствовать отличия в культуре, традиционной кухне, укладе жизни, но все это не мешает нам жить в дружбе и согласии.

- Бывает ли чувство, что чего-то родного не хватает?

— Конечно, я скучаю по родным, близким, друзьям, но, к счастью, технологии позволяют связываться благодаря достижениям человечества 21 века по мессенджерам в режиме онлайн. Поэтому поддерживаем связь практически ежедневно.

- Давно были в последний раз в Башкирии?

- По традиции, где бы я не находился, Новый год встречаю с родителями, вот и в этом году радостно и по-семейному провел праздник в семейном кругу. А так обычно стараюсь 2-3 раза в год посещать родные края, повидать родителей, родственников, друзей.

- Любимые места в Уфе?

- В Уфе достаточно театров практически на любой вкус. Я всегда, как только выпадает случай, стараюсь сходить в Башкирский театр оперы и балета, Русский драмтеатр или послушать наш симфонический оркестр. Из парков очень нравится Парк победы, откуда открывается красивый вид на город, парк имени Салавата Юлаева. С каждым приездом вижу, что город становится краше.

- Представьте, что нас сейчас читает семиклассник, который учится в физико-математическом лицее и тоже хочет работать в CERN. Что ему посоветуете?

— Для начала ему нужно понять свои интересы, нужно ли ему это. Если будет заинтересованность, то появится и цель, а там всё зависит от желания, усидчивости,  способности впитывать знания и умело их применять. Если он совместит все эти критерии, то его ждет не только CERN — весь научный мир распахнёт для него двери. Я мог бы пожелать ему верить в свои силы, не бояться осуществлять свои идеи, пусть иногда они даже ошибочны, ведь ошибки — это тоже опыт, а опыт делает тебя сильнее и храбрее. Залог успеха любого человека — это стремление к новым знаниям и развитию своего кругозора.

Гульчачак Ханнанова,Татьяна Леснова
Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter или
Оставлять комментарии к новостям можно в группах "вконтакте" и в "фейсбуке"
Читайте нас в Яндекс.Новостях
Читайте также
Лонгриды
закрыть